Читаем Хищные птицы полностью

Тропа, по которой они направились на запад, вела через чистый лес, состоявший из высоких красивых деревьев; лес перемежался широкими просторами саванны. Здесь им встречалось еще больше стад горбатого скота — животных пасли маленькие голые мальчишки. Домашние коровы спокойно паслись рядом с дикими антилопами. Некоторые чрезвычайно походили на лошадей, только обладали светлой или черной шерстью, похожей на овечью, и рогами, загибавшимися назад, как турецкие ятаганы, почти касаясь их боков.

В лесу они несколько раз видели слонов — небольшие группы самок с малышами. Как-то прошли на расстоянии кабельтова мимо огромного самца, стоявшего под росшей посреди саванны акацией. Этот патриарх не испугался людей, но растопырил морщинистые уши, словно боевые знамена, и поднял хобот над изогнутыми бивнями, рассматривая людей маленькими глазками.

— Такой бивень с трудом могут нести двое сильных мужчин, — сказал Эболи. — А на рынках Занзибара за них платят по тридцать английских фунтов.

Они миновали много маленьких деревушек с такими же хижинами, укрытыми тростниковыми крышами, как в деревне Твети. Весть о прибытии гостей явно опережала друзей, потому что жители тут же выходили и благоговейно таращились на татуировки Эболи, а потом растягивались перед ним на земле и посыпали себя пылью.

Каждый из местных вождей умолял Эболи оказать честь его деревне и провести там ночь в новой хижине, которую жители мгновенно построили специально для него, как только услышали о его появлении. Они подносили еду и питье, тыквенные бутыли со смесью крови и молока и большие глиняные горшки с просяным пивом.

Они также приносили дары — железные наконечники для стрел и копий, маленькие слоновьи бивни, дубленые кожаные накидки и сумки. Эболи прикасался к каждой вещи, давая понять, что он принял дар, и возвращал все дарителям.

Ему даже приводили девушек на выбор, хорошеньких маленьких нимф с браслетами из медной проволоки на запястьях и лодыжках, в крошечных фартучках, расшитых стеклянными бусами и едва скрывавших их интимные места.

Девушки хихикали, прикрывая рты изящными руками со светлыми ладошками, и таращились на Эболи огромными темными глазами, полными благоговения. Их полные юные груди, смазанные жиром и красной глиной, сияли на солнце, а их обнаженные ягодицы, безупречно круглые, двигались вверх-вниз при каждом разочарованном шаге, когда Эболи отсылал красоток прочь.

Они оглядывались на него через обнаженные плечи со страстным желанием и благоговением. Каким почетом они пользовались бы в деревне, если бы их избрал Мономатапа!

На второй день они достигли новой гряды холмов, но эти были круче, с голыми гранитными склонами. Подойдя ближе, Хэл и Эболи увидели, что на вершине каждого из холмов построены укрепления, каменные стены.

— Там — великий город Мономатапы. Его построили на холмах, чтобы отбивать нападения работорговцев, и его воины всегда готовы сражаться, — услышали гости.

Огромная толпа народа вышла навстречу гостям, сотни мужчин и женщин, надевших все свои лучшие бусы и украшения из резной слоновой кости. Старшие украсились головными уборами из перьев страуса и юбками из коровьих хвостов. Все мужчины вооружились копьями, на их спинах висели боевые луки. Они что-то гортанно выкрикивали в страхе и благоговении, когда видели лицо Эболи, и простирались перед ним на земле, чтобы он мог шагать по их дрожащим телам.

Пробираясь сквозь это сборище, Хэл и Эболи медленно поднимались на вершину самого высокого холма, минуя множество ворот. И у каждых ворот их встречали распростершиеся толпы.

Наконец они подошли к последнему подъему перед крепостью, венчавшей холм. Теперь их сопровождали лишь несколько вождей, воинов и старейшин высших рангов, при всех регалиях, обозначавших их положение.

Но даже они остановились у последних ворот, и один древний старец с серебряными волосами и орлиным взором взял Эболи за руку и повел во внутренний двор. Хэл отбился от вождей, пытавшихся удержать его, и вошел во двор рядом с Эболи.

Здесь земля была вымощена глиной, смешанной с кровью и коровьим навозом, — их перемешивали и сушили, пока все это не превращалось в некое подобие красного мрамора. Двор окружали строения намного больше тех, что Хэл видел до сих пор, а крыши на них состояли из свежей золотистой травы, великолепно переплетенной. Вход в каждый домик украшало нечто, на первый взгляд похожее на костяные шары; и лишь когда они прошли половину двора, Хэл понял, что это человеческие черепа. Он обнаружил, что высокие пирамиды по периметру двора тоже сооружены из сотен черепов.

Кроме того, над пирамидами из черепов возвышались заостренные шесты, и на них были посажены, как на кол, мужчины и женщины. Большинство этих жертв давно испустило дух, и от них несло мертвечиной, но один-два все еще шевелились и жалобно стонали.