– Конечно, – в его голосе не звучало сомнения. – Иначе ты ни за что не позвонила бы сейчас, в такое позднее время. Тебя стали напрягать недомолвки между нами. И пусть симпатия дружеская, это не имеет значения. А если меня выражать в процентах от твоего Аркаши, то я потяну максимум на шесть. Но это уже на шесть процентов больше, чем было два месяца назад или в сравнении с любым другим человеком. Вывод: я тебе очень нравлюсь, и до сих пор все делал правильно.

– Ну, допустим, – я пока не могла так же точно прикинуть проценты, но и совсем их отвергать было глупо.

– Тогда до завтра, Лада. А в выходные приезжай ко мне в гости.

Я снова напряглась:

– Зачем? У тебя после расставания с Аленой женщины давно не было, и ты решил хакнуть меня?

Он тихо рассмеялся:

– Нет, я думал снова погулять по той же дороге и поговорить о ерунде. Но твой план тоже обмозгую.

– Да я не то имела в виду!

– Знаю я, знаю. Чтобы ты хакнулась, нужно набрать процентов восемьдесят, а я вряд ли смогу прожить триста лет, чтобы успеть. Спокойной ночи, Лада.

Я отложила телефон-кирпич в сторону, но теперь успокоиться стало еще сложнее. И приеду! И погуляем! А чего бы не погулять, когда на улице такая бесконечная мерзость? Я, может, даже совсем не против приехать и погулять! Нет, понятное дело, я его подпустила достаточно близко, это еще со времен его обвинений в сливе стало ясно, но что если он мне понравится еще сильнее? Хотя бы в половину от того, как нравятся его божественные программы? Вот с ними я готова и в постель, и на свидание, и хоть всю жизнь рядом прожить, потираясь о них щекой. Не осталось ли мне только соединить чудесные коды с их создателем – а там уже и шага до бездны не понадобится? Нет, все-таки постараюсь этого не допустить. А такое можно не допустить, интересно?

И все же посреди ночи меня шандарахнуло ощущением нового апгрейда, я чувствовала, как в голове процессор пересчитывает все характеристики и меняет уровни. Но я не была сегодня ни в салоне красоты, ни в бутике одежды, я ничего с собой не делала! Вот только апгрейд все-таки осуществлялся где-то внутри, основанный лишь на незначительной подвижке в приоритетах.

Глава 15. Одиночество вдвоем

И все же этот новый уровень чувствовался и вызывал неприятные последствия. Например, мне одновременно очень хотелось видеть Глеба и не видеть его никогда, ведь последнее вызывало смутное беспокойство и смущение. И некоторые эпизоды наших отношений теперь окрашивались в дополнительные эмоции. Я ведь действительно больше не вздрагивала, когда он ко мне прикасался! Да, немного напрягалась, но это напряжение не имело ничего общего с отвращением. И там, в своем кабинете после доказательства моей невиновности, он едва меня не поцеловал! Может, и не собирался, но больному воображению не нужны аргументы, оно само себя раскручивает, как по спирали.

Я сгорала от нетерпения в ожидании субботы, которую мы запланировали провести наедине. Утром встала в шесть, приняла душ, подкрасила глаза и уже возле зеркала передумала ехать. Поругала себя за трусость, пошла умылась, переоделась в другое и снова залипла на своем отражении, пытаясь понять, почему от чувств так колбасит – шатает от глубокого минуса в невероятный плюс и сразу обратно. Я даже от алкоголя так странно себя не чувствовала. И, конечно, поехала – сложнее все же было не поехать, чем поехать. Но поставила себе принципиальную задачу: сделать все возможное, чтобы сам Глеб о моих изменениях не догадался.

Может, только из-за этого желания я вела себя грубее обычного:

– Прости, Глебарисыч, я тебе цветочков не прихватила, как ты показывал достойным примером. Жду не дождусь, когда такой подарок будет уместен – притащу цветочки сразу веночком.

– Очаровательно, – поморщился он в ответ. – Видимо, сегодня – не тот самый день, когда я увижу прогресс. Тебе никогда не хотелось хотя бы попробовать?

После такого предвкушающего вопроса я едва не скосила взгляд на его губы, но в ответ пробурчала:

– Что именно попробовать?

– Встать с той ноги. – Он улыбнулся и помог мне снять куртку. – А я, между прочим, приготовил обед. Не сказать, что я в этом спец, но кое-что получилось.

– Еще бы у тебя не получилось, у тебя же есть интернет! Нашел чем хвастаться.

– Может, для начала хотя бы оценишь? Путь к твоему сердцу лежит через провода, я знаю, но поскольку эта дорога закрыта, попытаюсь пробраться через желудок.

А мне даже от таких шуток становилось не по себе. Вот сейчас что было? Зачем ему мое сердце? Прогресс увидеть или все-таки понравиться в романтическом смысле? Как же печально, что я до сих пор не научилась разбираться во флирте!

Обед оказался на самом деле необычным и изысканным. И ничего, что Глеб называл макароны пастой, а тонюсенькие сочные отбивные – каким-то совсем непроизносимым словом. Я бы похвалила, но, к моей радости, он сам с этим прекрасно справлялся: