Читаем Хакни меня полностью

Выйдя утром на работу, я неожиданно столкнулась с Аркашей. Он не мялся возле моего подъезда, а собирался именно войти, как если бы такая рань была подходящим временем для визитов. Как будто вообще есть время, подходящее для визитов! Но видеть его я была рада, а Глеб подождет пару минут в машине, потому подхватила мужчину под локоть и повела обратно на улицу, чтобы успеть сообщить все новости:

– А я себе работу вернула! Да такую, что теперь никто из полицаев до меня не докопается!

– Рад за тебя, Лада, – он ответил с улыбкой, но осматривал мою фигуру пристально на предмет, достаточно ли регулярно я ем. Видимо, вид его не удовлетворил, из чего он сделал вывод: – Или врешь опять?

Я отмахнулась:

– Да ну тебя! Я такую зарплату получаю – ого-го! В смысле, я сама не знаю, какую зарплату получаю, потому что ее мне не дают. Но я не об этом! Ты сам как? Красавчик стал, загляденье. Не надумал снова жениться?

Он действительно выглядел очень хорошо – посвежевший, подтянутый, хорошо одет. Возраст под сорок невероятно ему шел, как добротный костюм, сшитый по точным меркам. Но Аркаша лишь покривился в ответ:

– С вами, бабами, связываться – себе дороже!

– Это у тебя психологическая травма, – сделала вывод я. – Меня недавно кое-кто научил диагнозы по роже ставить. Но я тебя прекрасно понимаю: с тех пор, как изобрели посудомоечные машины и роботы-пылесосы, ценность женщины в доме критически снизилась. Живи для себя, Аркаша, ты это заслужил!

– А ты любопытно выглядишь, – отметил он. – Тебе очень идет. Но ты точно не устроилась сниматься в каком-нибудь техно-порно?

Беспокоится, конечно, это для него привычное состояние. Я закатила глаза к небу, а потом перевела взгляд в сторону, где и рассмотрела приближающегося к нам Глеба. Не дождался, торопыга. Но зато можно сразу все доказать на месте. Я представила, широко взмахнув рукой:

– А вот и он, босс с моей новой работы. Главный режиссер техно-порнороликов.

Немного обескураженный Глеб неуверенно протянул Аркаше руку для знакомства и представился:

– Глеб Решетников, директор компании в сфере кибербезопасности. С кем имею честь?

– Аркадий, – тот и не думал так же хвастливо выдвигать все свои регалии.

Глеб почему-то смотрел на него с подозрением и явно был настроен давить до получения исчерпывающих ответов:

– А Ладе вы кто?

– Отец я ей, – Аркаша от его пристального взгляда начал ежиться, но уверенности пока не терял.

Отступив в удивлении, Глеб уточнил:

– Тот, что с Автоваза?

– Нет, тот, что женился на ее матери после того, как предыдущий отец растворился в закате.

Я закивала, полностью подтверждая описание. Но Глеба оно не устроило – наоборот, его глаза сощурились, будто он рассмотрел перед собой врага:

– Отчим то есть? Тот самый отчим?

– Какой самый? – переспросили мы с Аркашей хором, не понимая, в чем нас обоих обвиняют.

– Тот самый, от которого падчерица убежала после смерти матери и сразу же после своего совершеннолетия, а теперь прячется от людей по шкафам.

Я вздохнула, уцепила его за рукав и потянула обратно к машине, объясняя одеревеневшему Аркаше все как есть:

– Не обращай внимания. У него только должность внушительно звучит, а сам он не особенно одарен. Я тебе потом перескажу, как его недавно одна красотка облапошила – оборжешься!

Но с этого момента Глеб от меня больше не отставал. Он донимал меня вопросами всю дорогу, несколько раз подходил в течение рабочего дня, а вечером я решила сдаться. Просто поняла, что он придумал себе какие-то небылицы и уже свято в них уверовал. У них, этих типа «нормальных» людей, очень сильно искорежено понятие нормальности – и, например, если они видят, что отчим всего лет на пятнадцать старше дочери, то почему-то все ее моральные установки относят на его счет.

Я попросила свернуть к пиццерии, и уже там, с набитым ртом, вывалила все честно:

– Отец ушел, когда мне лет десять было. Я хорошо его помню. Нормальный вроде мужик, а вот почему свинтил – я в те годы понять не могла. Позже, конечно, дошло, но прощать не собираюсь: он ведь не только от жены своей бежал, он и меня с ней оставил. А она после его ухода особенно стала любить прибухнуть – типа жизнь у нее такая тяжелая, что без винишка не разберешься. Но все еще была красивой, Аркашу смогла ненадолго обескуражить, хотя он сильно ее младше был. Уверена, он никогда и не женился бы на ней, если бы не я. Видел, что она или прибьет меня в пьяном угаре, или соцзащита мною заинтересуется. И еще неизвестно, что хуже. Ты как-то спрашивал про смерть матери, вот теперь говорю – для нас это было настоящим облегчением. Аркаша хоть ни разу вслух так не говорил, но и его скорее всего она до чертиков утомила. Теперь ясно? Не будешь на него набрасываться и пытаться перевоспитать? А то у тебя это хроническое заболевание.

Глеб, судя по круглым глазам, был очень удивлен. Будто бы такой истории не могло произойти нигде и никогда. Но все же любопытствовал теперь мягче:

– Серьезно? Тогда почему ты в общежитие сразу переехала, когда восемнадцать стукнуло?

Я пожала плечами, размышляя вслух: