Читаем Карма полностью

Я помню, как Акбар хватает меня обеими руками и не выпускает. Я пытаюсь вырваться, но он слишком крепко держит.

Он говорит, что мне надо кое-что для него сделать. Хорошо, Майя? – говорит он прямо мне в ухо. И я его понимаю.

У меня колотится сердце, как попавшаяся в силки птица. Но я не могу отказать. Голос у него певучий. И настойчивый. Отказать я не могу.

Майя! Нет! Не надо!

Я бросаюсь навстречу тому, другому голосу, но руки держат меня за талию. Я открываю рот. Из него рвется слово, имя – и застревает в горле.

Акбар берется за конец моего сари и тянет на себя.

Сердце отсчитывает время в пустоте.

Один. Два.

Восемь. Девять.

Семнадцать.

Щелк.

Вот, Майя, я вернулся. Прости меня.

Двадцать один.

Не знаю, что тебе сказать.

Двадцать четыре.

Прямо сам не свой.

Двадцать семь.

Нет. На самом деле, знаю. Я люблю тебя.

Тридцать один.

Я люблю тебя, Майя.

Тридцать два.

И я не уверен, видел я что-то или нет.

Тридцать шесть.

Может, вы просто мне приснились. Ты и Акбар. Но на кровать я все равно не лягу.

Сорок три.

Потому что, когда мы найдем твоего отца, а мы его обязательно найдем, я захочу посмотреть ему в глаза и увидеть, что он знает, что я до тебя не дотронулся. И, поверь, он будет знать правду. Мне нужно, чтобы твой отец меня уважал.

Пятьдесят пять.

И чтобы я сам себя уважал.

Пятьдесят девять.

И чтобы ты тоже.

Невозможно до бесконечности сдерживать дыхание. Иногда приходится делать вдох.

Приходится. Не дотрагиваться.

Моей коже больно. Она растягивается на все пространство, разделяющее наши тела.

Нам нельзя быть так далеко друг от друга.

Мое тело уносится вслед за ним. В дебри города, где он разыскивает моего отца.

Сандип думает, что надо поискать в сикхских храмах. В храме Ракаб-Гандж у ночного рынка. В Маджну-Ка-Тила на берегах Джамны. В Бангла-Сахиб.

В святых гурдварах тебе не будут рады, Сандип.

Ты принесешь трагедию. Напомнишь о тех, кого так и не нашли.

Они сразу увидят, что ты индус.

Я спорила с ним.

Это мой отец, а не твой.

Я могу опереться на тебя.

Мы пойдем медленно.

Я не для того позвала тебя с собой в Дели, чтобы сидеть в номере, пока ты разыгрываешь из себя героя!

Какой еще долг? Ты же ничего плохого не сделал. Человек же не виноват, что у него одна вера, а не другая.

Разве от географии и религии зависит, будет человек убивать или нет? Может, скорее, от его характера?

Скажи мне, Сандип, это из-за твоей сестры? Из-за твоих родителей? Это перед ними ты думаешь, что виноват? Но ведь не из-за тебя же Акбар стал таким!

Сандип качает головой. Непонятно, соглашается он со мной или нет.