В пустыне тоже, конечно, не стоило. Но я сейчас про лагерь беженцев. Ты подвернула ногу, лодыжка у тебя теперь в два раза толще, чем была.
Дурная это все-таки привычка – убегать.
Не просто же так я убегаю.
Понимаю. А в этот раз, скорее всего, был виноват садху. Он специально подставил ногу, других доводов у него не оставалось.
Зря ты все валишь на человека, которого я чуть не покалечила.
Он и без тебя был калекой.
Больше мы не можем себе позволить.
Извини, Сандип. Я же источник неприятностей.
Все в порядке, Майя. Оказаться у такого источника я только рад.
Не следует находиться вдвоем
Разумеется, удобнее. Но спать я все равно буду на полу.
Я хочу, чтобы ты остался здесь. Рядом со мной.
Нам не следует вдвоем в этом номере находиться, не то что на одной кровати. Потому что это неправильно.
Неправильно? Если не любовь, то что тогда вообще правильно? А миру лучше бы думать о предотвращении зверств, чем о том, как ведут себя двое подростков в Дели!
То есть так это принято у девушек в Северной Америке? Посидели рядышком на кровати, а потом – раз! – и уже под одеялом?
Ничего подобного. И я сейчас о другом. Просто вокруг я вижу одну только ненависть.
Ну, покажи мне что-нибудь другое.
Как так? У тебя же, например, были другие девушки.
Даже если были, то ты – не другая девушка, Майя. И больше давай не будем об этом.
Ты даже разговаривать ни о чем не хочешь. Почему, Сандип?
Хорошо, Майя! Но то, что я сейчас скажу, тебе не понравится.
Мне много что вокруг не нравится. Я привыкла.
Тогда слушай. В отличие от брата, я не собираюсь пользоваться случаем.
Я видел, что он при любой возможности касается тебя. Видел его расцарапанное лицо. Твои распухшие губы. А когда ты осталась в одной нижней юбке!
Что? Где это было, Сандип? Когда?
Я точно не помню! И какая разница? Главное, я видел, как ты стоишь голая, а у Акбара в руке – твое сари!
Вот видишь? Даже ты в лице переменилась. А я так вообще с ума схожу!
Удобней? А вдруг это было на самом деле?
Сандип вышагивает у изножья кровати.
Три шага. Поворот кругом. Три шага. Кругом. Три шага. Стоп.
Он смотрит на меня. Открывает рот. Но ничего не говорит.
Я слышу биение его сердца. Оно похоже на топот антилопы. Разбитое сердце ищет спасения.
Он прав. Я была без сари. Но я не помню, что происходило потом. И перед тем тоже.
Открывается и закрывается дверь. Щелкает язычок замка. Когда-то раньше я уже слышала этот звук. Люди выходят в дверь и больше не возвращаются.