Читаем Каратель полностью

– Очень хороший вопрос, – кивнул Илья Семенович. – Благодарю вас, Андрей Иванович. То, что вы назвали «автобус, который обменивает шприцы», – акция, проводимая в рамках международной программы «Врачи всего мира». Наркозависимые молодые люди в обмен на использованный шприц получают набор со шприцем стерильным и, кроме того, комплект красочных проспектов, рассказывающих о симптомах гепатита и ВИЧ-инфекции. Из этих же проспектов они узнают о технике инъекций и оказания первой помощи при передозировке… Типовой набор привлекательно оформлен, содержит два стерильных шприца, флакончик с родниковой водой, две стерилизующие салфетки и презерватив. В чем же вы, уважаемый Андрей Иванович, видите безобразие?… «Врачи всего мира» занимаются исключительно полезным делом. Правительство не возражает против проведения акции.

Ведущий гаденько ухмыльнулся… Впрочем, телезрители этого не видели. А советник-координатор продолжал:

– Мы знаем, что звучали голоса некоторых, так сказать, борцов с наркоманией, которые считают, что программа «Врачи всего мира» проводит скрытую пропаганду наркотиков и способствует их распространению. Должен ответить, что никаких реальных подтверждений этому нет.

Про себя советник добавил: …и хрен когда они появятся. Кто же допустит? Тут такие деньги крутятся – не балуй.

После эфира Илья Семенович все-таки встретился с Гаврюшенко. Стрельцов сильно устал за день, был раздражен. Ему хотелось приехать домой, сесть в кресло, выпить немного «Хеннесси» и насладиться пейзажными рисунками Питера Брейгеля Старшего, похищенными из Эрмитажа… Он пересилил себя и встретился с Гаврюшенко.

Встреча прошла в одном весьма закрытом клубе. Простому смертному вход туда был закрыт. Разве что кто-то из членов клуба приводил его с собой в качестве гостя. Гаврюшенко и был здесь в этом качестве. Конечно, по должности и по званию он уже «дорос», но… генералов в России много. Да вот избранных мало. И они, избранные, не всякого в свой круг принимают.

Илья Семенович и Сергей Сергеевич обосновались в маленьком и уютном зале. Официант принес меню. Большой человек буркнул:

– Не вертись перед глазами. Принеси коньяку и чего-нибудь из закуски… сам сообрази. Да, еще кофе покрепче.

– Понял, Илья Семенович, – невозмутимо сказал официант. Обслуга в этом клубе видела всякое и всегда оставалась невозмутимой. Официант исчез.

– А здесь – как? – спросил генерал и потрогал себя за ухо.

– Здесь – нет, – ответил Стрельцов. – Здесь это исключено.

– Кхе, – сказал генерал.

– Я же сказал: здесь – нет, – раздраженно повторил советник. – Рассказывай, Сергеич. Ненужные подробности опускай.

Генерал быстро и толково изложил ситуацию. Илья Семенович поморщился и хотел было что-то сказать, но официант принес закуски и бутылку «Хеннесси» – вкусы Ильи Семеновича в клубе знали. Официант пожелал приятного аппетита и исчез… Гаврюшенко механически подумал, что из него мог бы получиться хороший сотрудник наружки – появляется и исчезает, как тень.

Чиновники выпили. Илья Семенович закусил маслинкой и сказал:

– Вот что, друг мой. Всю эту дребедень банальную, уголовную, я знать не хочу и не должен. Не мой уровень. Понял? – Генерала едва не перекосило от таких слов, но он только кивнул. – Эту проблему решай сам… с этим своим Тузом…

– С Козырем, – поправил генерал.

– Мне плевать… хоть с Джокером. Решай сам, но порядок наведи. Товар должен быть переправлен, куда положено, виновные наказаны. И самое главное: впредь такая ситуация не должна повториться. Ты сам-то это понимаешь, Сергеич?

– Разумеется, Илья Семеныч.

– Хорошо, если понимаешь… Разобрался, кто виноват?

– Так точно, – солгал генерал. Ни хрена он еще не разобрался.

– Прими меры, – сказал Стрельцов и, завершая разговор, смягчил интонацию. – Ну, ты же, Сергей Сергеич, профессионал… не мне тебя учить.

Высокопоставленному мерзавцу казалось, что он вновь контролирует ситуацию.

* * *

Иван поднял голову и увидел Светлану. В призрачном лунном свете. С призрачными слезинками в уголках глаз. Иван поднялся, подобрал с бетона оружие. Он спустился вниз по лестнице без перил, зацепил ногой стреляную гильзу, и гильза запрыгала по ступенькам, издавая тусклый, неживой звук.

Он обнял любимую женщину, сомкнув за ее спиной руки, обремененные вороненой сталью… поцеловал в лицо. И сердце сжало от нежности и тоски.

– Все будет хорошо, – прошептал Иван. – Не плачь, все будет хорошо.

Он ни на грош не был уверен в своих словах. Светила луна, ветер шуршал в кустах, гнал над полом пыль и почти неуловимый запах смерти…

Таранов деловито собрал оружие боевиков, побросал в «Ниву». Обшарил карманы мертвецов, забрал документы. К «трупу» Танцора не пошел – далеко, да и время поджимает. Он не замечал, что Светлана смотрит на него с почти суеверным ужасом. Из багажника разбитой «копейки» он достал сумку с баксами.

– Поехали? – спросил Иван с вопросительной ноткой.

– Куда? – ответила Светлана.

– Отсюда, – произнес он… «Куда?» – вечный вопрос всех беглецов. Ответа Таранов не знал. Он знал одно: нужно срочно убираться отсюда, а дальше будет видно.