– Что ты, Ваня? – спросила Светлана. Он хотел было сказать: у него остались дети. Двое детей: мальчик и девочка. Антон и Вероника… Безо всякого выражения Таранов произнес: – Ничего… все в порядке.

Он опустил паспорт, права и техпаспорт на «девятку» в карман. Потом сорвал чехол с заднего сиденья и упаковал в него оружие.

Глава 3

ИСКУССТВО СТАВИТЬ КАПКАНЫ

Гаврюшенко ждал звонка Козыря. Но, разумеется, не дождался. Вору нечего было сказать генералу – он сам не имел никакой информации из Петербурга… Время перевалило за полночь. Гаврюшенко мстительно подумал: ну, я тебе, законник, устрою, – выпил виски и лег спать. Спал плохо – ворочался, храпел и разговаривал во сне… А Козырь все-таки дождался звонка Танцора.

Танцор был сильно нетрезв, что, вообще-то, на него не похоже. Выпивал Танцор редко и мало, наркотиков не употреблял вовсе. Но на момент звонка Козырю был нетрезв сильно. Он пьяно и дерзко сказал, что все накрылось, что Пивовар снова положил всех и ушел. С бабками. С товаром… хоть голову с меня снимай – ушел!

Козырь, как ни странно, не вспылил. Он выслушал Танцора спокойно и сказал только:

– Проспись, Никита. Найди нору надежную и проспись. Завтра разговаривать будем. Больше не пей – ты мне трезвый нужен.

После общения с Танцором Козырь долго ходил по гостиной. Он был опытный и умный человек… не был бы умный – не дожил бы до своих лет. Козырь мерил шагами гостиную и думал… Только за одни сутки команда понесла огромные людские потери. Таких не было с девяносто восьмого, когда после долбаного дефолта Козырь ввязался в войну с Жерехом. А Жерех нашел какого-то подрывника, и подрывник взорвал к черту кафешку, где собирались бойцы Козыря. Погибли сразу пять человек. Жереха потом расстреляли в Нижнем вместе с любовницей и телохранителем. … по одиночке перебили его бригадиров. Вот только подрывника не достали.

Козырь подкинул ясеневое полешко в камин. За распахнутым окном была теплая июньская ночь, но в гостиной горел камин. Козырь подкинул полешко и вернулся мыслями в сегодняшний день… команда понесла колоссальные человеческие потери и понесет еще огромные финансовые. Козырь смотрел на вещи здраво – жизнь научила, что потери неизбежны. Денежные – самые незначительные изо всех возможных. Значительно серьезней потеря людей. Еще хуже – потеря авторитета… Козырь вспомнил слова ментовского генерала: вы в этом деле – шестеренка… Любой другой заплатил бы за такие слова дорого.

Так что же происходит? Кто так подло братву кидает и мочит по беспределу? Кто этот Пивовар? Кто стоит за ним?

Козырь отдавал себе отчет, что за происшедшее и он несет ответственность. Возможно, больше других… Танцор ведь предупреждал: темный человечек этот Пивовар, подставной. А он, Козырь, не поверил. Последствия – налицо: казна трещит по швам, братва перебита, мент – сука – за горло берет… Надо найти Пивовара. Надо во что бы то ни стало найти Пивовара.

Потрескивали дрова в камине, ночной ветерок чуть-чуть шевелил штору.

Глубокой ночью Лидер и Председатель, прилетевший из Москвы всего на одну ночь, сидели в офисе «Анти-клуба». За окном шел дождь, а в кабинете было сильно накурено.

– Что будем делать, Евгений Дмитрич? – спросил Лидер. Он доложил Председателю о дневной беседе с Тарановым. Скрыв при этом, что дал команду Паше на ликвидацию Африканца. Зато предельно обострил внимание на «намерении» Таранова осветить деятельность Организации.

Председатель сидел нахмурившись… курил, молчал. В недалеком прошлом Евгений Дмитриевич Кондратьев был полковником ФСБ. Вместе с Шаховым он стоял у истоков Организации, но, в отличие от Лидера, Председатель первоначально планировал работу не силовыми методами. Во главу угла чекист ставил сбор информации на наркоторговцев и их покровителей. И – дальнейшую реализацию через государственные структуры… иногда это действительно удавалось. Но чаще – нет. Полуразложившаяся, сильно коррумпированная милиция фактически не работала. Энтузиасты-одиночки – не в счет, погоды они сделать не могли. Госбезопасность, обескровленная за годы «реформ», пыталась бороться. Но силы были явно не равны – в Управлении ФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по линии наркотиков работало всего несколько человек. Их можно пересчитать по пальцам. Одной руки.

Короче, надежда на госструктуры не оправдалась… и Организация волей-неволей взяла на себя функции «чистильщиков». Иногда Председатель ужасался, глядя, как лихо Лидер крутит рукоятку кровавой мясорубки. Он пытался повлиять на Шахова – и не мог… Дело зашло уже слишком далеко, в него были втянуты десятки людей.

Кондратьев дал себе слово, что выйдет из игры после завершения операции «Караван».

– Ну, так что ж делать-то будем, Женя? – повторил вопрос Лидер. – Ситуация аховая.

– А сам что думаешь, Игорь? – спросил Председатель. Он догадывался, что Лидер чего-то недоговаривает… темнит. Это настораживало. Между руководителями Организации существовали разногласия и даже трения, но откровенной лжи до сих пор не было.

– Что тут думать, Женя? Африканец стал опасен. Нужно его…