Читаем Каратель полностью

– Хорошо, – сказала она. Ей хотелось сказать очень много, но слов почему-то не было. – Хорошо, Ваня, нормально.

– Танцор рядом? – спросил Таранов.

– Кто? – удивилась она, но Танцор сам уже протянул руку к телефону:

– Ты готов, Пивовар?

– Да… слушай, Танцор, если вы со Светланой что-нибудь… Всех перебью к чертовой матери. Понял?

– Не пугай, Ваня. Не надо. Никто твою тетю обижать не собирается. Да и ты мне на хрен не нужен. Товар с тобой?

– Да.

– Тогда слушай внимательно: через сорок минут проедешь по проспекту Просвещения от Гражданского до Симонова. А мы за тобой со стороны поглядим.

Иван отлично понимал, что его хотят помотать по улицам, чтобы убедиться, наблюдая со стороны, что он один… Им риск тоже ни к чему.

– … со стороны поглядим. Телефон держи под рукой. И чтобы никаких фокусов. Мы будем сканировать эфир. – Про сканирование эфира Танцор, разумеется, солгал. Не было у него аппаратуры для сканирования. Таранов ответил:

– Не ссы, Никита. Мне заморочки тоже не нужны.

– Ну, гляди, Ваня. Через сорок минут. Время пошло.

– Есть еще один нюанс, Танцор. – Ну?

– У меня теперь другая тачка.

– Почему?

– Не важно… я буду на серой «копейке», номер…

Танцор выключил телефон, улыбнулся Светлане:

– Ну вот видишь. А ты волновалась… поехали. Спустя две минуты «Нива», в которой сидели

Танцор, два боевика и Светлана, отъехала от дома, где была запасная нора Танцора. Следом катились две «восьмерки» с владимирскими номерами. Время пошло.

* * *

Таранов совершенно не представлял, как будет действовать. Он не знал ни места встречи, ни количества противников, вообще никаких конкретных деталей и обстоятельств. Он мог только предполагать, что место Танцор выбрал уединенное, с хорошо просматриваемыми подходами-подъездами. И что количество противников будет человек пять-шесть, навряд ли больше… Да еще он знал, что не имеет права на ошибку.

Иван пустил двигатель и поехал на проспект Просвещения. Он не спал около полутора суток и чудовищно устал. Теперь ему предстояло принять бой и выиграть его во что бы то ни стало.

На проспект Просвещения он выехал точно в назначенный срок. Машин в это время было уже мало, Иван ехал не торопясь, поглядывал на телефон, лежащий на правом сиденье. Телефон молчал, било в глаза низкое солнце, на севере всходила бледная, почти невидимая луна, светофоры тревожно мигали желтым… Не доезжая улицы Симонова, он получил приказ развернуться и ехать обратно. Спустя три минуты Танцор приказал еще раз развернуться. Иван выполнял все команды беспрекословно.

– А теперь, – сказал Танцор, – направо, по Лиственной, до упора.

Он поехал по Лиственной…

Танцор стоял на втором этаже недостроенного корпуса. В бинокль он увидел, как серая «копейка» вырулила на Лиственную. Едет. Едет Пивоваришка. Наблюдатель с проспекта Просвещения сообщил, что хвостов за Пивоваром, кажется, нет… Танцор опустил бинокль и снова связался с Тарановым:

– За автобусным кольцом свернешь направо, на грунтовку. Поедешь к недостроенным корпусам. Там остановишься.

«Копейка» закачалась на ухабах грунтовки, солнце светило теперь в спину, и тень машины была длинной-длинной. По обеим сторонам были кусты и свалка, впереди – ярко освещенные наполовину севшим солнцем корпуса. Солнце работало сейчас на Ивана – ослепляло боевиков Танцора. Таранов ехал медленно, всматривался в бетонную мешанину опор, перекрытий, пролетов. С каждым оборотом колес он приближался к этой груде бетона.

Не доезжая сто метров, Иван остановился. Тотчас же запиликал телефон.

– Что встал? – спросил Танцор напряженным голосом.

– Дай мне Светлану, – ответил Иван.

– Зачем?

– Хочу убедиться, что с ней все в порядке. Танцор проворчал что-то недовольно, но со Светланой соединил.

– Слушай меня внимательно, – быстро зашептал Таранов. – Мне нужно знать, сколько их. Начинаю отсчет. На правильной цифре скажешь: все в порядке… поняла?

– Да.

– Один… два… три… четыре…

– Все в порядке.

– Тебя держат в машине? – Да.

– Понял. Как только начнется стрельба – пригнись. Все будет хорошо… ты мне веришь?

Ответить Светлана не успела – трубку у нее отобрали, и голос Танцора произнес:

– Хватит, наворковались… Подгоняй тачку, Пивовар, и сам выходи с поднятыми руками. Весь груз с тобой?

– Как договаривались, – буркнул Иван.

– Ну-ну, смотри. Вздумаешь финтить – пожалеешь… подъезжай.

Иван наполовину вытянул подсос, добавил двигателю оборотов и рванул с места… счет пошел на секунды. Он уже четко видел «Ниву» в глубине корпуса и человека с ружьем в руках возле нее… Пятьдесят метров до построек… Чуть в стороне Иван засек «восьмерку» и – рядом с ней – еще двоих. Двадцать метров. Иван распахнул дверь и выкатился из машины, а «копейка» поехала дальше.

Таранов перекатился по земле, больно ударился плечом о бетонную балку и распластался за ней. Сходу дал очередь из «узи» – неприцельно, для острастки. … «Копейка» едва не сбила одного из стрелков и врезалась в колонну. Теперь – только вперед. Жестоко. Агрессивно. Необратимо. В условиях численного превосходства бандитов только жестокая и непреклонная агрессивность атакующего способна привести к победе.