Читаем Канатоходец полностью

— В этих электронных вспышках заключена большая мощность, чем можно себе вообразить, — продолжал Маккриди. — К примеру, обычная вспышка, используемая в профессиональной фотографии, развивает мощность в 4000 лошадиных сил за ту краткую долю секунды, пока разряжается конденсатор. Вспышка, использовавшаяся в первых лазерах, была более мощной — скажем, 20.000 лошадиных сил. При вспышке свет проникает в рубиновый стержень, и тут происходит знаменательное событие: свет бегает взад-вперед по стержню, отражается от посеребренных концов, и наконец фотоны начинают двигаться согласованно. Ученые называют это когерентным светом в отличие от обычного света, в котором фотоны движутся хаотично.

Итак, при согласованном движении фотонов световое давление резко возрастает. Представьте себе толпу людей, которая пытается высадить дверь: они преуспевают значительно быстрее, если навалятся всем скопом, чем если будут подходить поодиночке. Фотоны высвобождаются одновременно и выстреливаются из полупосеребренного конца стержня в виде светового импульса. Этот импульс сохраняет почти всю ту мощность 20.000 лошадиных сил, которая высвободилась при разряде лампы.

Маккриди криво усмехнулся.

— Ученые мужи безумно обрадовались этой игрушке. Они обнаружили, что с ее помощью можно прожечь дыру в бритвенном лезвии с расстояния в шесть футов. В то время кто-то предложил измерять мощность лазера в «Жиллетах».

— Не уклоняйся от темы, — раздраженно сказал Кэри.

— Возможности применения в военной области были очевидны, — продолжал Маккриди. — В первую очередь лазер можно использовать в качестве дальномера. Выстрелите в мишень пучком света, измерьте мощность обратного импульса, и вы получите расстояние с точностью до дюйма. Были и другие разработки, но здесь есть одно разочаровывающее обстоятельство. В лазерах используется обычный свет, а свет нетрудно задержать, причем независимо от мощности импульса.

— Но рентгеновские лучи — другое дело, — задумчиво сказал Денисон.

— Совершенно верно. Теоретически сделать рентгеновский лазер вполне возможно, но есть одно существенное затруднение. Рентгеновские лучи обладают большой проникающей способностью, но практически не отражаются. Кроме Меррикена, никому не удалось добиться эффективного отражения рентгеновских лучей, а работа лазера, как вы уже поняли, основана на принципе многократного отражения.

Денисон поскреб подбородок, ощутив уже привычную жировую складку.

— Какое применение можно найти для рентгеновского лазера?

— Представьте себе баллистическую ракету с ядерной боеголовкой, летящую со скоростью несколько тысяч миль в час. Вам нужно перехватить ее другой ракетой, но вы не можете выстрелить с достаточной точностью — вы целитесь в то место, где предположительно будет пролетать вражеская ракета. На это уходит много времени и чертова уйма компьютерных расчетов. Имея рентгеновский лазер, вы целитесь непосредственно во вражескую ракету — луч движется со скоростью 186.000 миль в секунду — и прожигаете в ней аккуратненькую дырочку.

— Чушь! — сказал Кэри. — Вы разрезаете эту блядь пополам.

— Боже мой, — Денисон поежился. — Жуткая штука. Но можно ли сделать лазер достаточной мощности?

— Лазеры сильно изменились по сравнению с первыми образцами, — объяснил Маккриди. — Теперь не пользуются газоразрядными лампами — энергия черпается из ракетного двигателя. Существуют лазеры мощностью в миллионы лошадиных сил, но в них опять-таки используется обычный свет. При помощи рентгеновского лазера вы можете сшибить спутник с орбиты, находясь на земле.

— Теперь вы понимаете, как это важно? — спросил Кэри.

Денисон кивнул.

— Каково же будет ваше решение?

Наступила долгая пауза. Кэри поднялся с кресла, подошел к окну и принялся изучать окрестности, барабаня пальцами по подоконнику. Маккриди улегся на кровать, сложив руки за головой, и внимательно разглядывал потолок.

Денисон пошевелился и разжал кулаки. Положив руки на подлокотники кресла, он выпрямился и глубоко вздохнул.

— Меня зовут Гарри Мейрик, — сказал он.

Тремя днями позже, спустившись позавтракать, Денисон купил в киоске газету и устроился за столиком с чашкой кофе.

— Что нового? — спросила Диана, присоединившись к нему.

Он пожал плечами.

— Мир по-прежнему катится в преисподнюю на ручной тележке. Послушайте. Пункт первый: еще две попытки угона самолетов — одна удачная, другая неудачная. При неудачной — да простят их небеса за такое слово — убито двое пассажиров. Пункт второй: загрязнение окружающей среды. Два танкера столкнулись в Балтийском море, нефтяное пятно площадью пятнадцать квадратных километров движется к Готланду. Шведы проявляют понятное беспокойство. Пункт третий: забастовки в Британии, Франции и Италии с соответствующими беспорядками в Лондоне, Париже и Милане. Пункт четвертый… — он поднял глаза. — Продолжать, или как?

Диана отхлебнула кофе.

— Вы становитесь чересчур желчным, — сказала она.

Он пожал плечами.

— А где Лин?

— Молодежь любит поспать.