Читаем Каменный меч полностью

«Ты — тот, кто пришёл сюда! Почти без надежды оставляю я это послание, но нет выбора иного у меня. Ибо слишком многое совершено, слишком многое познано, слишком многое приключилось, и теперь, когда близится смертный час, нет сил в душе моей бороться. Ибо бороться — значит, сражаться насмерть, сеять боль и гибель вокруг. Но слишком много гибели приключилось, слишком много было познано про тьму, что стоит пред народом моим — и нет сил в душе моей сеять пред ним ещё больше».

Сергей слышал эти слова совершенно чётко, но при этом каким-то образом знал, что они не были произнесены вслух.

«И всё, что могу сделать я — оставить послание с правдой своей».

Сергей видел комнату — ту самую комнату, в которой сидел вместе с Рудом. Но на этот раз она выглядела по-другому — обжитой. Немногочисленные предметы были расставлены, разложены и развешаны в том порядке, в котором безошибочно угадывалась индивидуальность хозяина.

«Уж больше сотни лет минуло, как оставил я своих собратьев и отправился странствовать по мирам. Я путешествовал, познавая великое множество нового и неизведанного, но больше всего — таинственное искусство магии».

Слова звучали гулко и тяжело. Все эмоции в них были смазаны, забиты колоссальной, опустошающей усталостью. Той усталостью, которая превосходит само желание жить.

«Со временем, однако, я начал тосковать по своему племени. Я захотел вернуться, поделиться плодами тех умений, которые развил в себе. Захотел развеять их страхи, показать, что магия может и должна нести благо. В итоге, я устремился в Лигу Семи Камней — государство, недавно основанное гномами, взбунтовавшимися против древней и могущественной Лиги Каменного Круга, и решившими жить независимо. Я узрел в Лиге Семи Камней тот вызов замшелым устоям гномьего племени, который сам бросил когда-то, отправившись на поиски нового и неизведанного».

Больше всего остального в комнате привлекало внимание окно. Внешне оно ничем не отличалось от самого себя в настоящем времени — такой же прямоугольник кромешного мрака. Однако, в этом видении мрак не был просто отсутствием света. Тьма в окне была наполненной. Она почти осязаемо излучала опасность. Медленно ползущую, надвигающуюся опасность.

«Но я ошибся. Жители молодой Лиги оказались страстно привержены традициям и устоям, завещанным Подгорным Пророком. История с Семью Камнями убедила их в собственной избранности — и разожгла в сердцах неистовый пламень вновь обретённой веры. Я ошибся, но хуже всего — не смог вовремя распознать свою ошибку. Я был слишком ослеплён желанием принести благо, просветить, я слишком соскучился по своему народу. Мои непрошенные попытки помочь лишь вызывали злость и неприязнь. А стремление познать этот народ и эти скалы — лишь приближало к мрачным тайнам».

Сергей ощущал мучения чужого разума. И видел в них свои. То же беспомощное опустошение от неоправдавшихся надежд, тот же взрывной шок от правды, слишком страшной и слишком неожиданной.

«Я растерялся. Растерянность сделала меня торопливым. Слишком торопливым, чтобы проверить невероятно богатую жилу перед тем, как сообщать о ней. Слишком неосторожным, чтобы вовремя остановиться в поисках того, что лежит в основе Лиги Семи Камней. Теперь же — слишком многое совершено. Сотни погибли из-за меня. Слишком многое познано. Меч из камня вышел из тьмы и разрушил весь мир вокруг. Я виновен. Я обманут. Отравлен ложью, столь страшной, что даже сейчас, на пороге смерти, не могу открыть её гномам Лиги Семи Камней. Я могу лишь оплакивать их. Тех, кто погиб. И тех, кто остался жить. Ты же, тот, кто пришёл сюда — слушай моё последнее слово! Кем бы ты ни был и сколько бы лет ни прошло — оплачь судьбу Лиги Семи Камней. Ибо судьба эта поистине страшна. Если же ты сильнее меня и услышал это в нужный час — то спаси её. Спаси от Каменного Меча».

Картинка резко развернулась, и теперь Сергей видел дверь. Опасность, которая медленно нарастала, подкрадывалась за окном, теперь подошла почти вплотную. Ощущение угрозы накатывало волнами — и каждая из этих волн била всё яростнее.

С последней волной ударило пламя. Дверь испарилась в ослепительной вспышке, на мгновение затмившей мироздание своим светом и жаром. Сразу же после этого видение прекратилось, и кипевшее пламя уменьшилось до маленького уютного костерка. Лишь оплавленные, обугленные стены напоминали об огненном вихре, пронёсшимся здесь столетия назад.

Несколько секунд Сергей приходил в себя, потом поднял голову и наткнулся на взгляд Руда. Волшебник ждал.

— Камен… ный… — произносить слова вслух отчего-то стало непривычно и получилось не сразу. — Каменный Меч… Что это?