Читаем Камень опенула (СИ) полностью

Они сидели у Эри дома. Лилька, как настоящая подруга, решила провести последние часы подготовки рядом с Белухой, чтобы той было не так тоскливо. И Эрике, конечно, совсем не было тоскливо от вида красующейся в новом платье Сотенко.

О разговоре с Иваном Слетом и Грэгом Белуха так никому и не рассказала. Во-первых, замоталась с больной, а во-вторых, все еще сомневалась: можно ли им обоим доверять. Иван, как ни крути, — отец Керал. А Грэг, как ни крути, — инсив. Не самые достоверные источники информации. Но даже они рассказывали больше, чем самые близкие друзья.

— А, нет, показалось… — Ляр выдохнула и задорно улыбнулась. — В любом случае, надо во всем искать плюсы!

— Да? — деловито сказала Эри. — Хм, дай-ка подумать… Вместо танцев с симпатичными парнями я весь вечер буду занята приставучей девчонкой, которая даже после жуткого отравления умудряется бесить меня до невозможности. Какие же тут плюсы?!

— Ну, — задумалась Лилия, крутясь на кресле возле Эрикиного стола с разложенной на нем косметикой, — К примеру, ты сможешь больше времени провести с Илом!

— Я бы с радостью! Только он все время спит.

— Но сейчас-то он не спит.

— Потому что сейчас он ест! — Эри махнула рукой в сторону коридора. Подумала, прислушалась и вздохнула. — Вернее, я рассчитываю на это. Ты не знаешь, сколько человек может продержаться без еды? А то в него уже третий день ничего запихать нельзя.

Илу, в отличие от мелкой Рой, лучше так и не становилось. Температура не падала, кашель не утихал. Похоже, путешествие по чужим телам не прошло без следа. Они так и не сумели поговорить с того дня: парой фраз перекинутся, и подселенец снова падает в жаркие объятья пневмонии.

— Неудивительно. Обычно это он в кого-то запихивается, — усмехнулась Ли и намотала на палец красиво уложенный рыжий локон.

— Ха-ха-ха, очень смешно, — саркастично протянула Эрика и ткнулась носом в подушку, которую уже полчаса жестоко мяла.

Сотенко замерла, тяжело вздохнула и поднялась на ноги. Эри услышала, как приближается стук каблуков ее парадных туфель. На макушку опустилась тяжелая рука.

— Эрика Белуха, без пяти минут опенул военного лагеря Каннор, рассекретившая главаря инсивов, несколько раз выступавшая против опытных убийц абсолютно безоружная, потерявшая большую часть семьи, пережившая множество сальто мортале своего мира, — продекламировала она, — Ноет из-за того, что не сможет потанцевать с парнем, который ей нравится.

— Иди ты! — Белуха бросила в подругу подушку.

Лилия с легкостью поймала снаряд, отправила его куда-то себе за спину и звонко рассмеялась:

— Прости, ладно. Просто хотела напомнить, что ты превращаешься в картонную идиотку с розовой ватой вместо мозгов. А я говорила, что чтение романов до добра не доведет!

— Ну, не все же мне тайны раскрывать! — прыснула Эрика и развела руками. — Любовная линия имеет право быть.

— Ого, вы только поглядите! Первый в мире опенул, который отказывается что-либо раскрыть.

— Видимо, потому что я неправильный опенул…

Эри вновь поникла. Мало ей было испорченного вечера, так она и про испорченную магию вспомнила.

Кровать прогнулась — Лилия села рядом. Пахнуло цветочным парфюмом и, немного, лаком для волос.

— Ну чего ты опять расклеилась? — протянула Сотенко, поправляя смявшееся зеленое платье. — Ты же не виновата, что у тебя не получается. Никто тебя не учил, никто толком ничего не объяснял. И то тебе удалось открыть несколько переходов, даже когда ты только-только узнала о своем происхождении. Ил рассказывал, как ты перескочила из дома в школу. Причем совершенно осознанно! Значит, все-таки ген опенула в тебе есть.

— В этом и проблема! — взмахнула руками Эрика. — Когда я не знала, что моя мама не была опенулом, все выходило легко. Я просто не задумывалась! Мол, мальчишки сказали, что я опенул — значит, так оно и есть. А сейчас… — Она вздохнула и покосилась на шкаф. — А сейчас стоит взглянуть на дверь, как в голове набатом: «Ты ничего не можешь. Ты никто. Они ошибались».

Некоторое время девчонки сидели в молчании. Только было слышно, как тихо тикают настенные часы, шумит в ванной вода и что-то едва-едва слышно поскрипывает.

— Так, может, в этом и проблема? — предположила Лилия.

— То есть? — не поняла Эри.

— Ну смотри! — Ли поднялась на ноги, вышла на середину комнаты и с видом старого лектора проговорила, — У тебя все спорилось до тех пор, пока ты не знала, что не должна быть опенулом. Может, дело именно в этом знании? Типа, ты недостаточно веришь в себя или вроде того? Я не очень разбираюсь во всех ваших опенульских заморочках, но разве в вашем ремесле не главное быть излишне самоуверенным?

Эрика задумалась. Несмотря на резковатую формулировку, Лилия права. В книге, которую Белуха нашла у Сондры, говорилось, что опенул должен обладать двумя вещами: богатым воображением и мощным самовнушением. И если с первым у девушки все было плохо и раньше, то со вторым могли возникнуть неполадки из-за внезапно раскрывшейся правды…