Читаем Камень опенула (СИ) полностью

Она устроила голову на мальчишечьем плече и прикрыла глаза, вслушиваясь в чужое хриплое дыхание. И — инсив почувствовала — Ил сделал то же самое. В конце концов, у нее все еще есть этот милый глупый Хамелеон, который понимает ее — и из-за схожей ситуации, и из-за той тонкой ниточки, что их связала при рождении. Который мог бы стать ей настоящей семьей, родись на Инсиве или решившись год назад последовать в стан врага. Но судьба распорядилась, чтобы они были противниками — противниками, которые сейчас, наплевав на войну и лагеря, обнимаются на самом краю крыши.

Ах, как же трогательно! Анель бы расплакалась, если бы слезы остались.

— Тебя вызывают, — негромко сказал каннор и первым отстранился, пряча взгляд.

Делает вид, что ничего не произошло. Что же, его право. Всем нужно время, чтобы свыкнуться с переменами. Особенно с такими, переворачивающими жизненную лодочку к верху дном.

Анель коснулась камня на груди. Перед глазами мелькнула яркая желтая звездочка, мигом превратившись во взволнованное и уставшее лицо человека, сообщения от которого подселенка сейчас ждала меньше всего.

Комментарий к Глава 28. Перемены Вы знали что я это сделаю))

С возвращением меня из небольшого творческого отпуска. Я надеюсь, за одну пропущенную неделю вы не успели забыть, что происходит

/парцелляция_наше_все/

И да, нам действительно стоит обсудить, что Оливер просто стоял там и смотрел, как Эрика переодевается...

Ну а в следующей главе мы вспомним о сюжетных ветках, о которых уже почти забыли, а также понаблюдаем явление, которое не видели уже очень давно (о-о-очень давно)

====== Глава 29. Обычные подростки ======

Вокруг не было ничего. Ни света, ни звуков — одна молчаливая темнота. Даже не оказалось пола. Эри не знала, сидит она сейчас, стоит или даже лежит. Кажется, ее самой тоже не стало. Белуха попыталась поднести руки к глазам, но не смогла и пошевелиться. Она просто парила в той черноте, как в космосе. А может, и не парила. А может, она была просто частью этой тьмы.

А еще здесь не было чувств. Страха, отчаяния и одиночества.

Первой мыслью Эрики стало, что она заснула. Второй — что умерла. Третьей — что в обоих случаях она бы не смогла так трезво об этом рассуждать.

— Эй? — крикнула девушка, но не услышала собственного голоса.

Однако крик подействовал. Прямо перед носом — или перед тем местом, где, как Эри предполагала, должен был быть ее нос — вспыхнула яркая искорка. Следом, неподалеку — еще одна. И еще, еще, множество вспышек, как от толпы папарацци. Эрика хотела прищуриться, но не могла.

Черноты не осталось — все превратилось в огненное марево. А следом ушла и тишина. Голову наполнили миллионы голосов. Кажется, каждая искорка говорила, вопила, пыталась докричаться. От гомона начала болеть голова, но голоса становились только громче и словно специально продирались до самой души. Эри старалась отодвинуться от них, отвернуться, но ничего не выходило. Свет и звуки рвались к ней, тянулись, цеплялись, как сотни ледяных игл.

Они пульсировали, с каждой секундой пробираясь все глубже — и Эрика уже почти могла различить слова. Громкие, короткие, четкие, как удары дроби по дереву. Еще немного и…

Эри распахнула глаза. Она все еще сидела в коридоре. Нет никаких вспышек или голосов. Только стук остался — глухой, прямо в голове. Тук-тук-тук.

До Эрики дошло, что стучатся в дверь. И, судя по тому, что звук не прекращался, открывать кроме нее некому. Белуха осторожно поднялась — голова кружилась, а ноги подкашивались, как хлипкие тростинки — и, держась за стенку, побрела к выходу.

По пути она заметила, насколько же в доме темно. Может, так казалось после слепящего сна (или что это было? Эри не хотела задумываться), но в коридорах определенно не хватало освещения. Так что она лениво треснула кулаком по переключателю, и над головой вспыхнула яркая лампочка. Стены залил темный желтоватый свет, и сразу стало спокойнее.

 — Да иду я, — простонала Эрика в ответ на очередной стук.

Она дотянулась до защелки входной двери, которую неизвестный гость уже наверняка подумывал вынести, и нехотя надавила на ручку. В образовавшийся проем тут же протиснулась не кто иная как Ками — перед лицом замаячили яркие пряди.

— Что такое? — беспокойно затараторила та. — Что-то случилось? Я минут двадцать колочу — уже думала в окно лезть.

— Лишний повод потренироваться в магии, — из последних сил съязвила Эри и потерла глаза — их щипало так, будто кто-то высыпал на лицо пару килограмм соли.

Ками в ответ на колкость промолчала, стянула с плеч плащ и положила узкую ладонь Белухе на лоб. Лица ее в этот момент Эрика разглядеть не смогла — все расплывалось. Наверняка сосредоточенно-серьезное. Эри живо представила Рой со сдвинутыми к переносице бровями и поджатыми губами, и вышло так забавно, что девушка не сдержала улыбки.

— Температуры вроде нет. — Ками убрала руку и фыркнула. — Чего смеешься? Между прочим, я реально волнуюсь!

— Верю, — ответила Эри и перевела взгляд на стену, где белым пятном виднелись часы. — Сколько сейчас времени?