Читаем Камень опенула (СИ) полностью

— Когда. Он всегда возвращается, — Ульяна хихикнула, — Просто потому что всегда уходит!

Эрика ничего не ответила. Спорить больше не хотелось. Да и сама в глубине души надеялась, что Оли вернется. Желательно, со стертой памятью, чтобы не помнил этого тупого признания…

— Удачи тебе, — добродушно бросила через плечо Яна и, не успела Эри и слова вставить, куда-то улизнула через дверь ванной комнаты.

По воздуху пробежалась дрожь, и Белуха осталась одна наедине с собой.

Она вновь оглядела пустой, неживой коридор. Еще неделю назад он ассоциировался у Эрики с уютом и теплом. А сейчас напоминал о вещах, о которых хотелось навсегда забыть. О вещах, людях и решениях.

Взгляд зацепился за тумбочку, на которой, свесив лапки и длинные уши, валялся всеми забытый Зайка. Эри медленно подошла — каждый шаг в пустом доме отдавался ударом молота по стотонному колоколу — и взяла игрушку в руки.

За время пребывания у инсивов он слегка растрепался, из старых швов торчали нитки, желтая пуговица немножко разболталась — но в остальном зайчишка не поменялся. Только осколка внутри не было. Эрика еще раз прощупала набивку — пусто. Забавное, наверное, зрелище: толпа инсивов, сосредоточенно, вытаскивает мелкий камешек из какого-нибудь шва. Странно, что просто не разорвали.

— Пожалели тебя, дружок, — приподняла уголки губ Эри и сняла с плюша несколько налипших клочков пыли. — Не такие уж инсивы и плохие. Впрочем, не такие уж канноры и хорошие…

А кто вообще хороший, кто плохой? И что значит это «хорошо» и «плохо». Убийство — это плохо. Но Ил — не плохой. Помощь — это хорошо. Но Анель…

— Я совсем уже запуталась, — вздохнула девушка и, не отрывая от зайчонка взгляда, побрела в комнату. — Вот что мне теперь прикажешь делать?

Зайка ничего не говорил, лишь улыбался розовой ниточкой. А Эрике бы сейчас не помешал собеседник.

Она нехотя закрыла дверь ногой, пересекла спальню и обессиленно опустилась на кровать. В комнате оказалось жутко холодно и темно из-за задернутых занавесок. Ноги начали подмерзать даже через туфли. Надо бы переодеться, а то платье испортится. Хотя, все равно…

— Я ведь, в конце концов, оказалась права, — попыталась убедить себя Белуха, поглаживая плюшевые уши. — И преступника накажут. На Канноре станет безопасно! И Дейр точно теперь не скажет, что я ничего полезного для лагеря не сделала. Все в плюсе.

Девушка отложила Зайку на покрывало и вернулась к шкафу. На какое-то мгновение она замерла перед закрытыми дверцами в надежде. Но воздух не задрожал, пространство не собиралось сжиматься, и Эри потянулась к застежке на спине. Наверное, платье все равно придется сдать в магазин, слишком много неприятных воспоминаний впитала в себя эта оранжевая ткань.

По привычке Эрика хотела попросить Ила выйти, но вспомнила, что в комнате она теперь навсегда одна.

— Он ведь убийца, — как мантру повторяла Эри, натягивая домашнюю одежду. — И предатель. И вообще, это не моя вина. Я просто предположила, а Дейр сделал то, что он сам посчитал нужным. И проверка была его идеей. Я не просила его натравливать Ила на Оливера. Я. Ни в чем. Не. Виновата. Никто не запрещал мне высказывать мнение! Тем более, если оно правильное. А оно правильное!

Она решительно захлопнула дверцы шкафа и повернулась к кровати, чтобы продолжить доказывать свою правоту плюшевой игрушке.

Вот только Зайки на кровати больше не было.

— Прошу прощения, что столь нагло оборвал ваш диалог, — коварно рассмеялся кто-то прямо за спиной, — Однако, думаю, из меня собеседник выйдет несколько лучше.

Эрика отскочила к стене и уставилась туда, откуда донесся голос. На нее из полумрака с интересом смотрела пара медовых глаз с пронзительными розовыми переливами.

Сердце ухнуло в пятки.

— О…Оливер! — вдохнула Эри и облегченно улыбнулась. — Слава богу, ты в порядке.

— Я — да. А вот ты вполне можешь оказаться и не в нем, — высокомерно хмыкнул Оли и подошел ближе.

Его бледное лицо не выражало ничего, кроме презрения, и Эри стало еще страшнее, чем раньше — казалось, что это уже и не Оливер вовсе, а кто-то незнакомый. Кто-то, от кого неизвестно что ожидать.

Из руки в руку он перекидывал Зайку. То ли Эрика так углубилась в свои мысли, что ничего не заметила, то ли на Инсиве и правда готовят первоклассных шпионов — девушка не услышала ни шороха.

— Как ты…

— Если бы ты чуть больше занималась развитием своего дара, а не тратила время на пустые рассуждения, знала бы, как, — проговорил Оливер с животным оскалом. — Но, очевидно, предательства и измены куда интереснее магии, не так ли, мышонок?

От его тона нутро холодело, а ноги прекращали держать. Эри облокотилась на стену, чтобы не упасть — и сама себя загнала в ловушку.

— Давно ты здесь? — попыталась перевести разговор в иное русло она.

— Достаточно, чтобы узнать много нового, — прошипел инсив, подступая все ближе. — Так это ты виновна в этом цирке?!

— Ты… злишься? Пойми, я все делала ради тебя, чтобы тебя оправдали!