Читаем Изувеченная плоть полностью

— Нет, нет, она подмешала мне лекарство. Когда я ходил в ванную, она подмешала мне в напиток рогипнол.

— А, рогипнол, — сказал Роллин. Его слова сквозили сарказмом. — А как вы узнали, что это рогипнол?

— Нашел на полу пустую упаковку.

— Она все еще при вас?

Хейтон потер глаза.

— Нет. Я ее выбросил. Не видел смысла хранить ее.

Роллин кивнул.

— Хорошо, мистер Хейтон. А вот ее версия событий.

Он сел прямо.

— Она утверждает, что это вы подмешали ей лекарство.

— Полная чушь, — выпалил Хейтон.

— Она не знала, какое. Но сказала, что упаковка с ним была у вас в бумажнике.

Франко покопался пальцами в отделениях бумажника, потом…

— А это что, мистер Хейтон?

Коп нашел это за центральным отделениям бумажника — упаковку с надписью: РОГИПНОЛ (ФЛУНИТРАЗЕПАМ) — НЕ МЕШАТЬ С АЛКОГОЛЕМ.

У Хейтона пересохло во рту.

— Она… подложила это.

Роллин с бесстрастным лицом изучал упаковку, та была вскрыта и содержала только одну таблетку.

— Она подложила это, — повторил Хейтон. Воротник взмок от пота.

— Она пытается подставить меня.

— Хммм, — произнес Роллин. — это еще не вся ее история.

Понимаю, — подумал Хейтон. Но не смог произнести ни слова.

— Она утверждает, что после того, как вы подмешали ей лекарство, вы напали на нее и избили так, что у нее случился выкидыш….

— ЧТО?

— … а еще, что вы подвергли плод сексуальному насилию, — закончил Роллин.

Хейтон поперхнулся и закатил глаза. Потом опустил голову и уперся кулаками в стол.

— Она сама себе сделала аборт в ванной, пока я был в отключке, — выдавил он. — Оставила плод в унитазе, потом забрала у меня деньги, часы и покинула мотель. Когда я пришел в себя, я обнаружил зародыш. Он был уже мертв… я уверен в этом.

Следующие несколько минут молчания показались ему часами.

Франко продолжал стоять, скрестив руки.

— Что вы сделали потом?

Тут Хейтон и впрямь почувствовал, будто сознается в убийстве.

— Я испугался, — пробубнил он. — Я не знал, что делать. Я понял, что плод умер, и понял, что если сообщу в полицию, пострадает моя репутация. Уже ничего нельзя было исправить. Плод был мертв. Девчонка исчезла. Поэтому… я привел все в порядок, потом…. завернул плод в полиэтиленовые мешки… и… избавился от него.

— Как именно, мистер Хейтон? — быстро спросил Роллин.

Следующие слова Хейтон извлекал из себя с трудом.

— Я бросил его в мусорный контейнер у мини-супермаркета. Не помню, какого именно. Было еще темно.

Сейчас тиканье его фальшивых «Роллексов» напоминало лязг молота по наковальне.

Некоторое время Роллин и Франко молчали. Хейтон едва не вскрикнул, когда дверь с грохотом распахнулась и в помещение вошел еще один коп. С бычьими плечами и стальными бицепсами.

— Мы не нашли ничего, сэр, кроме вот этого.

Коп положил перед Роллином стопку журналов.

Беда не приходит одна, — подумал Хейтон.

Замелькали глянцевые страницы. На некоторых Роллин задержался.

— Предродовое очарование, Мистер Хейтон? Горячие булки?

Хейтон почувствовал, будто попал под гидравлический пресс.

— Иметь их не противозаконно, — смог лишь произнести он. — Но я прекрасно знаю, что противозаконно рыться в вещах человека без его согласия.

Мускулистый коп сунул ему в лицо ордер.

— Только не с этим.

— Убери от меня это дерьмо, — сказал Роллин. — Положи обратно в дипломат мистера Хейтона. Он прав. Обладание порнографией подобного рода не является противозаконным, и не нам его судить. Это не наша работа.

Хейтон буквально вибрировал от прилива адреналина.

— Лейтенант, богом клянусь, это не я вызвал у той девки выкидыш. Ради бога, я не… — В горле у него словно застрял камень. — я не насиловал плод. Признаю, я испытываю странное влечение к беременным женщинам. Но я никогда не делал с ними ничего плохого. У меня и мысли не было причинить им вред. Боже всемогущий, неужели вы и впрямь думаете, что я могу сделать нечто подобное?

Роллин начал терять часть своей жесткости, то ли от усталости, то ли от скуки.

— На самом деле, нет, мистер Хейтон. Я ни минуты не думал, что вы способны на такое. В свое время я поймал кучу больных на голову людей, были и совсем тяжелые случаи. Но вы не такой, даже близко.

Хейтону захотелось расплакаться… или просто рухнуть на пол.

Лейтенант продолжал:

— Вас тянет на беременных женщин? Это полный изврат, по-моему. Но, эй… это всего лишь мое мнения. И вы правы, у той девчонки не все дома. Но я должен знать наверняка, прежде чем уйду отсюда. Пойдете со мной?

— Конечно.

— Давайте! — Роллин встал. — Давайте вернем мистера Хейтона на его конференцию и извинимся перед ним.

Хейтон вышел на ватных ногах. О, боже милостивый, благодарю тебя…

Он шли по коридору.

— В вашей истории, конечно, есть темные пятна, — сказал Роллин, идя впереди, — но и в ее тоже. Иногда люди просто бывают не теми, кем кажутся.

От этих слов Хейтон едва не застонал.

— Мертвый плод в мусорке? От вас потребуется подробная объяснительная в письменном виде, и мы должны будем доставить ее в офис окружного прокурора.

— Понимаю, — пробормотал Хейтон.