Читаем Изумительные монстры полностью

– Однажды я проводил эксперимент, – медленно произнес Орфей, усмехаясь, – по просьбе Шабаша. Надо было допросить опасного преступника, препарируя его память. Задание было простое – вытащить любые крохи информации из его мозга. Процесс муторный, долгий и максимально грязный. Стоит ли мне упоминать, что для проведения процедуры было достаточно иметь сам мозг – и только?

Лунар сглотнула, не отвечая. Что-то подсказывало, что Орфей не закончил и будет сильно расстроен, если его перебьют.

– Вот что я скажу – тебе стоит вспомнить, кто ты есть на самом деле. Не потребуется даже подавать официального рапорта в Шабаш, чтобы покончить с тобой. Ты – не смешная шутка природы, ее ошибка, как и все твои друзья, – он кивнул на Бая и Лео, не пытаясь скрывать искреннего презрения. – Вы в принципе не должны существовать. Но если ты хочешь жить, то советую сотрудничать. Давай я скажу проще: ты поможешь мне, хочешь ты того или нет.

Перед глазами встала картинка, как Орфей нарезает тонкими ломтиками человеческий мозг, используя машинку, предназначенную для резки колбасы, и Лунар замутило. Ее словно окатили ледяной водой, а следом дали пощечину. Тело застыло в кресле, а щеки пылали жаром.

Несмешная шутка природы. Ошибка.

Но обиднее всего было то, что Орфей и не пытался ее оскорбить. Он озвучивал факты, ничего такого, чего она сама бы не знала или не слышала в свой адрес раньше. Именно от этой правды она и пыталась сбежать – с помощью Древнего и амброзии. И куда это ее привело? Прямо в объятия хищника, готового вот-вот отгрызть ей голову или вспороть грудную клетку острыми когтями.

Они сверлили друг друга тяжелыми взглядами, пока Лунар не отвела глаза.

– А что если я – не смешная шутка и ошибка – откажусь помогать?

Орфей откинул с лица буйные кудри и усмехнулся. Только этот небрежный жест – и Лунар снова оцепенела.

“Почему он так действует на меня?” – гадала, стараясь не дрожать слишком заметно. Но ответ на вопрос “что, если?” был очевиден: куколка на столе, новый цвет глаз, о котором Лунар не просила, упоминание пыток, – все это уже само по себе было достаточного веса аргументом. Но одно дело предполагать, другое – услышать самой.

Орфей выждал минуту, наслаждаясь производимым впечатлением, а затем со сладкой улыбкой палача сжал пальцы вокруг фарфоровой шейки куклы. И та же хватка обернулась вокруг горла самой Лунар.

Дыхание перехватило – ни вдохнуть, ни выдохнуть. Ощущение чужой руки, перекрывшей кислород, было слишком реальным, от недостатка воздуха легкие пекло. Это была пытка – жестокая и неторопливая. В глазах зарябили черные мушки, а потом потемнело, будто кто-то щелкнул выключателем. Сквозь шквал страха и боли Лунар почувствовала то, чего не ожидала – у Орфея были холодные, почти ледяные руки. Они давили на ее кожу, впивались ногтями, но не было никакой возможности ускользнуть от призрачного прикосновения.

За мгновение до того, как Лунар должна была потерять сознание, Орфей разжал хватку и ласково погладил куколку по волосам. Та лупоглазо таращилась на чародея, и Лунар содрогнулась, когда невидимые пальцы, что чуть раньше едва не лишили ее жизни, зарылись в ее волосы на затылке.

– Мерзкие фокусы Старшей Школы, – выплюнула Лунар с нескрываемым отвращением. Орфей вовсе не выглядел уязвленным, смотрел холодно и как будто бы даже сквозь нее.

– С каких пор монстров тревожат вопросы морали? Ты питаешься человеческими снами, лакомишься воспоминаниями или сбываешь их на черном рынке, а злодей все равно я?

– О какой морали ты говоришь? – зашипела Лунар, испуганная до истерики, – вы, маги Старшей Школы, смотрите на других сверху вниз, даже на своих коллег из Новой Школы. И не отличаете смертных и нежить от грязи под своими ногами!

Она почти смирилась, что Орфей загнал ее в угол. Да, она была виновата, у мага было полное право требовать сатисфакции. Да, она поможет ему, а потом… Потом придется бежать и прятаться до конца жизни, ведь Древний не простит. Он обязательно придет за ней, и что-то подсказывало Лунар, что тогда она вряд ли отделается зачарованной куколкой и несколькими угрозами.

Вот попала так попала, между двух огней, и они обязательно попытаются спалить ее до тла.

Маг потянулся к ней через стол, и его лисье лицо озарилось внезапным интересом.

– Что ты приобрела?

Его губы подрагивали, Орфей безуспешно пытался сдержать усмешку.

– О чем ты?

– Что тебе предложили? Наверняка что-то стоящее, раз ты очертя голову бросилась в самое пекло и не подумала о последствиях.

Лунар молча выставила на стол пустой пузырек, который таскала с собой в кармане как амулет на удачу. Не успело дно склянки коснуться скатерти, как Орфей сцапал его и поднес к лицу, принюхиваясь. А затем расхохотался.

– Нельзя же быть такой наивной, девочка! – заливался он, запрокидывая голову. – Тебя обвели вокруг пальца, Лунар. Это не амброзия.

Она прищурилась. Девочка? Орфей вряд ли бы старше нее, чей возраст в пересчете на человеческие года приближался к четверти века. Но слова мага больно ужалили, и она взвилась, хлопая ладонью по столу.

– Он сказал, что это поможет! Древние не лгут!