Читаем Изнанка Истины полностью

Постепенно глаза находят и моего Стража. A'Kariaell в кузнечном фартуке из сыромятной кожи занят у наковальни вместе с рыжебородым Граданом. Мощный, дюжий Крайтовский голова и Страж, высокий и худощавый, смотрятся рядом весьма странными напарниками…  Однако даже отсюда, издали, хорошо видно, что ковка у них получается ладно. Я замечаю, как гномий мастер одобрительно кивает головой, когда Kar в очередной раз старательно исполняет его указание. Местами он ловким, стремительным движением поправляет неминуемые ошибки — но в целом доволен, и это здорово…  На плечах Стража не только его собственные клинок и нож, но ещё и моя неразлучная пара, в сотворении которой по утверждению Тобина непременно должна принять участие «эльфийская ладонь»…

Сам же Стальная Рука заполучил себе в помощники Альтара. И не прогадал…  Обнажённый до пояса, с тяжёлой кувалдой в руках Альтар внушал уважение даже умельцам-гномам. Глядя на их слаженную работу с Мастером Мастеров, невозможно было поверить, что кузнечное дело — вовсе не то, чему он с юности посвятил свою жизнь.

В образе молотобойца Альтар был настолько потрясающе совершенен, что я с изумлением ощутила давно забытое желание подхватить угольный грифель и белоснежный лист — и рисовать, рисовать, перенося на бумагу все до единой, самой мельчайшей черты.

Лёгкими, нервными штрихами я передала бы внимательную сосредоточенность на его лице…  Суровый излом бровей…  Упрямо сжатые губы…

Тщательно выделила бы чёрным узкую повязку, которой он походя перехватил себе волосы, чтобы буйная грива не лезла в глаза…

Переплетая плавные и резкие линии, отобразила бы широкий разворот плеч…  Играя с тенями, показала бы, как литые мускулы перекатываются под блестящей от пота кожей…  Изо всех сил постаралась бы поймать мгновение, когда огромный молот, не торопясь, уходит в замах — а затем стремительно падает вниз, всякий раз заставляя пропустить удар сердца…

Альтар оставался в кузнице дольше всех — он помогал ковать заготовки оружия для себя, Тонио и Тиры.

Всё это время я не могла отвести от него глаз, безмолвно дополняя деталями несуществующий рисунок. Лишь когда рухнул в воду, исторгая клубы пара, последний прокованный кусок стали, наваждение отступило прочь, выпустив меня из своих цепких объятий…

… Альтар устало выдохнул. Медленно отёр лоб тыльной стороной ладони. Поискал, куда можно поставить молот, отработавший своё. И, прислонив его к наковальне, внезапно в упор взглянул на меня.

Какая-то реплика Тиры над моим ухом…  Толпа рабочих в кузнице…  Разделяющая нас пара дюжин шагов…  Всё это в одно мгновение перестало иметь значение. Мои мысли и чувства беззастенчиво предавали меня, с готовностью откликаясь на этот взгляд.

Я смешалась, сопротивляясь сама себе из последних сил. Ещё миг…  Миг — и удивление в поймавших и не отпускающих меня чёрных глазах сменит понимание…

А потом — сожаление и вина.

Нет!…

Его брови скользнули вверх, когда я резко — наверняка, даже излишне резко отвернулась, чувствуя, что пламенеют даже самые кончики ушей.

Ночь свидетель, как же мне было стыдно — торопливо уйти, почти убежать, покинув кузницу так, словно не стальную поковку, а меня только что швырнули в раскалённый горн, а затем окатили ледяной водой…

Я сгорала от стыда и бессильной ярости, злилась на себя до безумия — но это было сильнее.

Вина за моё глупое поведение терзала меня весь вечер, который я провела, малодушно скрываясь в выделенной мне комнате от посторонних глаз. Опомнилась, когда за окном уже вовсю сияли звёзды и магический шар под потолком, так и не дождавшись внятного приказа, робко затеплил в комнате неяркий свет. Внизу на площади шли какие-то гуляния, но мне было не до них.

Вышло по-дурацки. Совершенно нелепо и несуразно. Альтар ничего не понял и, скорее всего, обиделся — имел полное право. А вот мне перекладывать бремя собственных надуманных проблем на чужие плечи никто разрешения не давал…

В конце концов, я извелась до предела.

До такой степени, что собралась с духом — и с решительностью, потрясшей меня саму, оставила кресло у окна и вышла в коридор.

Дверь хлопнула позади — негромко, но внятно отсекая мне путь к отступлению.

Будь что будет…  Но я пойду к Альтару — прямо сейчас пойду — и, как минимум, извинюсь за собственные странности. А потом применю весь свой талант убеждения и лицедейства, чтобы он мог поверить мне, что совершенно здесь ни при чём…

Я глубоко вдохнула и выдохнула, настраиваясь на то, что собиралась делать и говорить. И, пока моя решимость мне не изменила, заторопилась вперёд, вспоминая, где именно находятся отведённые Карателю покои.

Дверь в комнату Альтара была первой в следующем крыле. Я уже почти добралась до угла длинного коридора, устланного коврами, когда мне почудилось, что в гулкой тишине под каменными сводами слышны не только мои шаги.

Что-то заставило меня в последний миг остановиться у поворота и без движения замереть в тени…

Тира Рожерия лёгким стремительным шагом шла по коридору с другой стороны. В одной руке принцесса держала два тонких бокала. В другой несла бутылку вина.