Читаем Ижак полностью

— О том, что ты собираешься делать с тем фактом, что любишь ее? — Лисса приложил к его ране нежные руки, и он мог видеть, что было в ней, и что зацепило его брата. Лисса имела мужество противостоять ему, но у нее была мягкость, в которой нуждался такой жесткий человек, как его брат. Это было то, что Ижак думал, что видел в Джулии.

— Я ничего не могу сделать. Джулия ненавидит меня сейчас, и я не могу винить ее. Я солгал ей, и, хотя мои мотивы изменились, я решил соблазнить ее. Я высокомерно думал, что могу держаться от нее подальше, когда сделаю это, но теперь вижу, что ошибался. Мое наказание за мое высокомерие в том, что теперь я люблю женщину, которая никогда не полюбит меня взамен.

По крайней мере, его страдания не продлятся слишком долго. Как только его проклятие войдет в силу, он больше ни о чем не будет заботиться.

— Думаю ты недооцениваешь себя и ее. Когда Андор рассказал мне, кем был, мне стало так больно, что он заставил меня полюбить его, когда я была уверена, что он сумасшедший. Но я поняла, что не чувствовала бы себя так, если бы не любила Андора. Я думаю, с Джулией происходит тоже самое. Она бы не страдала, если бы в ней не было любви к тебе.

— Спасибо за мнение, но уже слишком поздно. Возможно, у нее были чувства ко мне, но я уверен, что они мертвы. Я слишком много от нее скрывал. Единственное, что могу сделать сейчас, это убедиться, что ничего не случится с тобой или Андором, потому что я привел ее к нам.

Он был уверен, что Джулия скажет своему отцу, и что Джерард придет за ним и его братом. Если это произойдет, то будет виноват Ижак потому, что хотя Андор убил Кевина в целях самообороны, Ижак привез Джулию сюда. Он познакомил ее со своим миром и тем самым поставил под угрозу своего брата и Лиссу. Он сделает все возможное, чтобы его брат и его пара остались в безопасности, и если его убьют под перекрестным огнем, возможно, так будет лучше. Это спасет Андора от необходимости убивать его, когда проклятие придет, чтобы забрать его.

Глава 15

Прошла уже неделя после ссоры Джулии с Ижаком, и он по-прежнему мысленно преследует ее. Она хотела его ненавидеть. Он был тем, кого Джулия воспитывалась презирать, и он причинил ей столько боли. Дело не в том, что он был драконом, поскольку Ижак был тем, кем был. А тот факт, что он заставил ее хотеть его, он заставил ее тело петь, и она все еще жаждала его прикосновения, когда была одна ночью. Зачем ему притворяться, что хочет ее, когда все, что нужно, это чтобы она не узнала, что его брат сделал с ее. Было бы менее жестоко, если бы он убил ее сразу же.

Огонь гнева, который был внутри нее, когда она выстрелила в него, сгорел несколько дней назад. Она не могла поверить, что сделала это, что он не отомстил после того, как болт прошел через его плечо. У него было бы время, пока она заряжала арбалет.

Ее отец всегда говорил, что единственный безвредный дракон — мертвый, что если ты стреляешь в него, то нужно убить сразу, иначе они будут на тебе быстрее, чем ты моргнешь. Так зачем тогда надо было Ижаку отпустить ее? Она выстрелила в него, у него были все основания, чтобы хотеть отомстить, если Ижак был бессмысленным убийцей, как считал ее отец. Может ли ее отец ошибаться?

Она не знала, каков был ответ, когда въехала на парковку у дома Кевина. Джулия остановилась здесь из-за отсутствия другого ночлега. Если бы это зависело от нее, она бы уже покинула долину Уолдрон. Она бы все это считала самой большой ошибкой в своей жизни.

К сожалению, рассказав ее отцу неделю назад, что она встретила кого-то, только отправила его прямо к ней. Она не знала, что бы она сказала ему о Кевине, но она забыла скрыть то, что оставил Кевин, и ее отец прочитал все это. Он точно знал, что случилось с его драгоценным мальчиком.

Его гнев был холодным, а не огненным, и она дрожала, когда вспоминала взгляд в его глазах. Она наполовину ожидала, что отец пойдет к Ижаку и его брату, но он не двигался в этом направлении всю неделю. Джулия была уверена, что охота на драконов стоит на повестке дня, это только вопрос времени. Она не знала, что собирается с этим делать. Если бы отец ушел сразу же после ее ссоры с Ижаком, у нее было достаточно боли и гнева внутри нее, чтобы идти вперед.

Все время ожидания давало ей время подумать и скучать по нему. Почему она не могла выбросить Ижака из головы? Она была какой-то мазохисткой, которая не могла видеть то, что было прямо перед ней? То, что произошло между ними, было притворством, ложью, чтобы следить за ней. Это ничего не значило для него несмотря на то, что он сказал, когда Джулия держала арбалет. Ижак говорил все, что думал, что удержит ее от преследования своего брата за то, что он сделал.

Джулия покачала головой. Почему она вообще это обдумывает? Она выросла в семье охотников на драконов, это было наследие, от которого она не могла уклониться. Ижак не может быть убийцей, по крайней мере, не то, что она знала, но то же самое нельзя сказать о его брате Андоре.