Читаем Ижак полностью

— Ты очень хорошо знаешь, что Рикман делал запрос не для меня, — тротуар, по которому он шел, был удивительно оживленным, поэтому Ижак нырнул в переулок, который показался слева от него. Он знал, как много о его истинной природе можно раскрыть этим телефонным звонком, и не хотел, чтобы его услышали, когда разговаривал со своим братом. — Джулия упомянула, что хотела бы вернуться в колледж, поэтому я попросил Рикмана найти некоторую информацию для меня.

— Значит, ты не опомнился?

Ижак стиснул зубы. Его брат просто не хотел сдаваться.

— Я никогда в жизни не был настолько рационален. На самом деле, я попросил Джулию остаться со мной в обозримом будущем.

— Почему? Несомненно, даже если это связано с ее кровью, это должно было пройти теперь, когда ты переспал с ней. Она не та, кто предназначена для тебя.

— И откуда ты это знаешь? Ты ничего не знаешь о том, что между ней и мной. Ты ее не знаешь, ты знаешь только ее фамилию, и ты пришел к предвзятому суждению о ней.

— В случае, если это ускользает от тебя, есть очень веская причина для этого. Ее фамилия — это то, что на протяжении веков означает неминуемую гибель драконов. Откуда ты знаешь, что она не приманка, посланная сюда, чтобы поймать тебя?

Эта мысль пришла ему в голову, когда он впервые встретил ее, но он больше так не думал. Слишком многое должно было быть организовано как раз для того, чтобы это было возможно, и ему нужно было развеять представления своего брата об этом прямо сейчас.

— Вау, по-твоему, у нее самый дьявольский ум в мире. Мы все обречены, почему я не мог увидеть это раньше? У нее должна быть власть контролировать погоду, чтобы застрять в канаве, которая оказалась рядом с хижиной, в которой я остановился. Не говоря уже о том, что она приурочила его к тому времени, когда я был снаружи, и обязательно услышал звуки ее машины. И женщина использовала свои магические силы, чтобы убедиться, что я пригласил ее остаться со мной. Не говоря уже о терпении, с которым она лежала в засаде все это время, выжидая подходящий момент для удара. Слава богу, ты вовремя разгадал ее план, потому что я был настолько загипнотизирован ее присутствием, что не мог видеть, насколько Джулия злая, пока ты не указал мне на это.

— Я беспокоюсь только за тебя, нет необходимости в проявлении детского сарказма, — Голос брата стал жестким, и Ижак сжал губы вместе. Он знал, что все это было связано с любовью его брата к нему и его необходимостью убедиться, что он выжил. Он поступил бы так же, но почему Андор не мог видеть, что у него не было выбора, кроме как быть с ней и надеяться, что любовь, которая росла внутри него для нее, была достаточно, чтобы преодолеть огромные препятствия между ними.

— Я знаю. Но ты должен взглянуть на это с моей точки зрения. Я не чувствую никакой опасности, исходящей от нее, не больше, чем ты чувствовал, исходящей от Лиссы. Разве ты не помнишь, как близко ты подошел к краю, когда открыл ей, кем ты был на самом деле? Это то, что ты хочешь для меня?

— Ты знаешь, что я не знаю, но как ты можешь быть так уверен, что она твоя пара?

— Как ты можешь быть так уверен, что это не так? — Как Ижак мог объяснить своему брату, что глубоко в глубине души он знал, что Джулия была единственной. Он не был настолько наивен, чтобы поверить, что их жизнь и разрушение его проклятия, будет наполнено солнцем и розами. Но он не мог отказаться от того, чтобы быть с ней только потому, что путь вперед может иметь некоторые трудности. — Я знаю, что я рискую, но я не могу уйти от нее. Если я это сделаю, то вполне реально, что я сойду с ума с восходом Охотничьей Луны. Это то, чего ты хочешь?

— Нет, конечно, нет. Но задумывался ли ты о том, что произойдет, когда Джулия узнает правду о тебе? Правду о нас? На случай, если это вылетело у тебя из головы, я убил ее брата.

— Ты защищал себя. Я уверен, что Джулия поймет это, — даже для его собственных ушей аргумент звучал слабо, но что еще он мог сказать? Он никак не мог уйти от нее, не сейчас.

— А если нет? Ты готов сделать все необходимое, чтобы ее семья не уничтожила нас всех?

Что Андор спрашивал у него? Он предлагал убить ее?

— До этого дело не дойдет. Она не такая, — не было никакого способа убедить брата, что Джулия не была кровожадным убийцей, каким он ее хотел видеть.

— Она может и не быть, но я очень сомневаюсь, что ее отец — тот человек, который поймет убийство своего единственного сына. Что помешает Джулии рассказать ему? Ты готов к последствиям того, что она узнает, что случилось с Кевином?

Ижак знал, что состязание с братом в упорстве кончится катастрофой.

— Ты готов к тому, что произойдет, если мне придется уйти от нее? Что, если ты ошибаешься? Что, если Джулия та, кого судьба послала мне? Если это так, и я отпущу ее, ты знаешь, что произойдет. Ты сам почувствовал, что может произойти, когда дракону отказывают в его паре, и проклятие не разрушается. Ты готов убить меня, если ты ошибешься?

Молчание на другом конце телефонного провода затянулось и Ижак подумал, что он не ответит. В конце концов Андор вздохнул, и его голос раздался тихим рыком.