Дональд Клэйтон Портер

Изгой

Глава первая

Бескрайние леса сенеков только на первый взгляд казались тихими и безмятежными. В густых зарослях хвойных деревьев, дубов, кленов, вязов и буков скрывались опасные звери – дикие кошки, волки, медведи – с клыками, острыми, как копья воинов-сенеков. Под ноги попадались бесшумно скользящие медянки и даже более крупные змеи, которые перед нападением предупреждали жертву особым звуком, похожим на треск погремушки хранителя веры. Но опасней всех в лесу были двуногие – воины племени эри, извечные враги сенеков и дружественных им племен, входивших в состав гордого и могучего союза ирокезов. А после недавней совместной победы ирокезов и английских колонистов над французами союзники французов, гуроны и оттава, отдельными отрядами пробирались на юг, чтобы отомстить.

Но Ренно чувствовал себя в лесной чаще как дома, хотя постоянно был настороже. Молодой воин быстро восстановил силы после героического похода на французский город Квебек. Сегодня Ренно просто бродил по лесу и наслаждался красотой осеннего дня.

Высокий и поджарый, Ренно ступал бесшумно и уверенно. В волосах у него красовались перья, – знак старшего воина. До него никто из воинов-сенеков не добивался подобного признания в двадцать два года, кроме Гонки, его выдающегося отца и великого сахема, который правил не только своим народом, но и всеми остальными племенами ирокезов.

Многих поражало то, что приемный сын так походил на Гонку. Мать Ренно, Ина, и его тетка, Санива, были уверены, что маниту, духи дикой природы, пожелали, чтобы молодой человек возвысился над всеми остальными.

Сегодня Ренно отправился на охоту со своим братом Эличи, который был двумя годами моложе. Ренно было не по себе, и только бескрайнее лесное море могло помочь ему обрести душевное равновесие.

Несмотря на свои таланты воина и предводителя, Ренно сознавал, что не похож на всех остальных сенеков. Кожа его была бронзовой лишь там, где ее касались лучи солнца. Даже глаза у Ренно были светло-голубые, какие часто встречаются у английских колонистов в форте Спрингфилд, расположенном в четырех днях пути. Ренно освоил их язык, сражался вместе с ними плечо к плечу, какое-то время ему даже казалось, что он влюбился в молоденькую англичанку. Полковник Эндрю Уилсон, землевладелец и командир отряда ополченцев западной части Массачусетса, совершенно верно предположил, что индейцы сенеки захватили Ренно двадцать два года назад, когда разграбили и сожгли форт Спрингфилд.

Ренно чувствовал, что он сенека, а с другой стороны, сознавал, что отличается от сородичей.

Но разве можно в такой прекрасный день забивать голову неразрешимыми задачами? Прохладный воздух благоухал сосновой смолой и цветами, сквозь листву деревьев пробивались теплые лучи солнца, и все лесные обитатели выбирались из своих нор и укрытий, чтобы погреться на солнышке. Маниту не оставят Ренно, они поведут его предназначенной дорогой, посылая пророческие сны, как делали до сих пор. Сегодня Ренно решил отдохнуть и потому взял с собой привычное оружие сенеков вместо английских мушкета и пистолета, с которыми тоже обращался довольно искусно. Но в умении владеть луком, томагавком или ножом никто не мог сравниться с молодым воином, кроме Гонки.

На узкой тропе Ренно остановился и оглянулся: сзади шел Эличи. Младший брат был ниже ростом и не так широк в плечах, как Ренно, но уже заслужил честь называться воином. Лица братьев ничего не выражали, но каждый ощущал взволнованное состояние другого. Колонисты в подобной ситуации болтали бы о своих переживаниях, но индейские воины умели выражать свои мысли и чувства без слов.

Братья снова тронулись в путь, внимательно осматривая каждый отрезок тропы, каждый куст, прислушиваясь к малейшему шороху. Потом Ренно снова остановился и показал брату на два небольших пятна – жухлая осенняя трава была слегка примята, здесь прошел олень.

Эличи едва заметно кивнул.

Неподалеку находился солончак, куда часто приходили полакомиться олени; братья, замедлив шаг, повернули к нему. Ренно вытащил стрелу из колчана и вставил ее в лук, то же самое сделал и Эличи. Свежий осенний ветерок дул им в лицо, значит, животное не почувствует запаха человека.

Солончак располагался у подножия скалы высотой всего пятнадцать футов. Братья остановились и осторожно выглянули на поляну, но оленя нигде не было видно. По примятой траве они определили, что он ушел с поляны совсем недавно.

Ренно и Эличи вышли из укрытия. Вокруг стояла такая тишина, что жужжание пролетающего насекомого казалось громом.

Вдруг Ренно замер. Острым зрением он уловил едва заметное движение на вершине скалы и тут же понял, почему ушел олень.

Огромная дикая кошка приготовилась к прыжку и хищно оскалила пасть. Это был могучий зверь серого окраса со светло-коричневыми полосами, на правом боку зияла большая рана – видимо, совсем недавно кошка с кем-то дралась не на жизнь, а на смерть. Разъяренная и голодная, она не сводила горящего взгляда с Эличи.