Читаем Избранные (СИ) полностью

Он прижимает меня еще сильнее, и я теряю всякую ориентацию и способность разговаривать. Рука горит огнем, а еще он так сильно сдавливает мою талию, что я начинаю глотать ртом воздух. Эйдан хочет проучить меня не просто за мое сегодняшнее высказывание, а за все те дни, что я доставляла ему проблемы перед королем.

— Вы нравитесь мне куда больше, когда не можете разговаривать, — замечает он, пальцами сжимая мои ребра.

Еще секунда и я упаду в обморок.

— Запомните свою слабость, потому что больше вы никогда себя так не почувствуете.

Я резко глотаю воздух, когда его руки отпускают меня, и падаю на пол, заходясь в кашле. С трудом придя в себя, я поднимаю голову и смотрю в его торжествующие глаза. Он впервые улыбается и на щеках у него появляются детские ямочки, что весьма не соответствует его грозному образу воина.

— А знаешь, — почти стогну я, — все же я рада, что хоть что-то в целом свете может заставить тебя улыбнуться.

Улыбка в один миг слетает с его лица, и он хмурится. Я хихикаю, чем раздражаю его еще больше.

— Кажется, я был слишком нежен с вами, Эланис. Живо поднимайтесь и хотя бы притворитесь, что понимаете, как работают части вашего тела.

— Ха-ха, как смешно, — бормочу я, отряхиваясь.

Тренировка с Эйданом — это ад, и я не преувеличиваю. Он решил, что я все же не достойна бороться с подмастерьем, поэтому заставил меня пробежать не меньше сотни кругов по комнате, затем приседать с десятками рапир и шпаг в руках, а в конце снова вызвал меня на поединок. Я была настолько измотана, что готова была признать поражение даже, если бы он легонько ткнул меня пальцем.

Но отчасти я была ему благодарна. Знаю, он делал это не ради меня, а ради защиты короля, но интенсивные тренировки помогли мне на какое-то время расслабиться.

— Совру, если скажу, что доволен, — хмыкнул Эйдан, — но могло быть хуже.

— У тебя просто нет чувства юмора, — стараясь отдышаться, пробормотала я.

— Зато у меня есть чувство координации.

Я удивленно раскрыла рот и улыбнулась:

— Беру свои слова назад, сарказм — ваше все, капитан.

— Слышал, сарказм делает мужчину неотразимым, — усмехнулся он, прислонившись к стене и ни капельки не устав.

— Только не тебя.

— Боюсь, я не смогу теперь спать по ночам. Вы разбили мне сердце, Эланис.

— А оно у тебя есть?

— Поаккуратнее, я могу и повеситься. Хотя тренировки с вами хуже смерти.

Я засмеялась и застыла, удивленная звуком собственного голоса. Знаю, это звучит странно, но Эйдан заставил меня на секунду…повеселиться. Забыть о том, кто я такая и что на самом деле тут делаю. Наверное, во всем дворце никто не понимает лучше нас двоих, насколько это непозволительная роскошь — для каждого из нас. Наше общение не подарит мне никакой дополнительной информации, а лишь осложнит и без того непростые вещи. Я прекраснее капитана понимаю, что водить с ним дружбу — самая плохая идея из всех, какие только могли прийти мне в голову.

По бегающему взгляду Эйдана я догадываюсь, что он думает о том же самом. Возможно, интерес, основанный на разных мотивах, может зайти слишком далеко. Но между нами никогда не будет ничего, что заставит нас захотеть остаться.

Я не хочу, чтобы Эйдан хоть когда-нибудь стал моей причиной задержаться здесь хоть на одну лишнюю секунду.

Я дотрагиваюсь рукой до шпаги, лежащей передо мной на столе, и, не глядя на него, произношу:

— Думаю, это было плохой идеей.

Я не вижу лица Эйдана, но представляю, как он задумчиво потирает рукой подбородок.

— Не нужно нам больше заниматься вместе.

Он не шутит на тему того, что я устала и так быстро сдалась. Он прекрасно понимает, что это серьезно.

— Мне несложно тренировать вас, — наконец, произносит он.

— Лжец, — ухмыляюсь я, наконец осмелившись взглянуть на него.

Эйдан смотрит мне в глаза и улыбается в ответ, как будто видит меня насквозь — даже там, где я сама о себе ничего не знаю. И в эту секунду я становлюсь чем-то большим, чем маленькой Искупительницей Эланис.

Мягкая поступь Оракул заставляет нас выпрямиться. Я с трудом могу что-либо понять по ее выражению лица, но сейчас она немного хмурится, словно недовольна.

— Эланис, тебе следует продолжить тренировки отдельно.

Я кидаю быстрый взгляд на Эйдана, но он не смотрит на меня. Его глаза прикованы к Оракул, которая поворачивается к нему и произносит:

— Пойдем, Эйдан, у нас с тобой тоже есть дела.

Эйдан кивает и приближается к ней:

— Да, мама.

Мир в одну секунду переворачивается с ног на голову. Ну конечно, если во всем этом дворце и должно было произойти что-то еще удивительное, то почему бы не это?

— Вы…мама Эйдана? — еле слышным голосом произношу я.

Оракул смотрит на меня так, как будто я не в своем уме.

— Ну конечно я мама Эйдана. Тебе об этом еще ничего неизвестно?

Действительно. Кто-то вообще считает здесь нужным ставить меня в известность хоть чего-то?

Я настолько устала, что даже не чувствую себя удивленной. Махнув рукой, я приближаюсь к выходу и говорю:

— Да, я слышала об этом.

Осторожное покашливание Эйдана говорит о том, что он в курсе о моем неведении, но это не должно его волновать:

— Была рада позаниматься с вами, капитан. До встречи, Оракул.