Читаем Избранные проповеди полностью

Далее, мы «жили» в таком мире «в простоте и богоугодной искренности». В простоте — вот, что рекомендует наш Господь, говоря о «чистом оке». Он сказал: «Светильник для тела есть око. Итак, если око твое будет чисто, то все тело твое будет светло». Это означает следующее: то, чем око является для тела, тем намерения являются для слов и действий. Поэтому, если это «око» души вашей будет чисто, все поступки и жизнь будут «светлы», полны небесного света, любви, мира и радости во Святом Духе. Мы также имеем простое сердце, когда око нашего разума полностью обращено на Бога, когда во всем мы стремимся угодить только Ему и в Нем находим нашу силу, счастье и награду сейчас и в вечности. Поэтому простота — это когда единственным нашим намерением является прославление Бога, исполнение Его благословенной воли, когда этим пронизана наша душа, исполнено сердце и выражены наши мысли, желания и цели. Далее, «мы жили в мире» в «богоугодной искренности». Различие между простотой и искренностью заключается в следующем — простота относится к самому намерению, а искренность к действию, основанному на этом намерении. Эта искренность проявляется не только в наших словах, но и во всем поведении, как это было описано выше. Это значит, что мы говорим и делаем все во славу Божью. Все наши поступки неизменно подчинены этой единственной цели; мы постоянно движемся прямо к Богу, твердо ступая по пути справедливости, милости и истины.

Эту искренность Апостол называет богоугодной искренностью для того, чтобы мы не путали ее с искренностью язычников, так как у них тоже есть некоторая искренность, которую они почитают. Называя эту искренность угодной Богу, он также говорит и о Том, Кто является ее автором: «Отец света, от которого исходит всякий дар совершенный».

«Не по плотской мудрости». Как если бы он сказал: «Мы не можем жить в мире, полагаясь на какое-то природное понимание или полученные нами знания, или мудрость. Мы не можем достичь этой простоты и искренности с помощью добрых намерений или хорошего воспитания. Это выше наших сил и принципов нашей философии. Ни сила обычая, ни наиболее развитые правила человеческого образования не способны научить нас этому. И сам я, Павел, не смог бы достичь этого, пока нахожусь во плоти, в своем природном состоянии; я пытался обрести понимание лишь с помощью плотской, природной мудрости». Но эти попытки не увенчаются успехом. И если даже Павел, обладавший многими природными дарами и имевший прекрасное образование, не смог достичь этого, используя природную мудрость, вряд ли кто-либо другой смог бы. Его природные способности не уступали способностям кого-либо из людей, живших в то время. У него было великолепное образование, он учился в университете Тарса, а затем у Гамалиила, одного из наиболее уважаемых за знание и благочестие еврея. Он приобрел наилучшее религиозное образование в одной из самых строгих сект, будучи фарисеем и сыном фарисея. Там он превзошел многих по своему рвению, знанию закона праведности и непорочности. Но несмотря на это, он не смог приобрести простоту и богоугодную искренность. Его усилия были напрасны. Понимая и осознавая это, он сказал: «Но что для меня было преимуществом, то ради Христа я почел тщетою. Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа» (Фил. 3:7, 8).