Читаем Избранные проповеди полностью

Во-вторых, на основании ранее рассмотренного, мы можем сделать вывод, что радость христианина не появляется в результате какого-то затмения совести или неспособности отличить плохое от хорошего. Наоборот, человек до своего обращения не знал этой радости, а познал ее лишь тогда, когда глаза его понимания были открыты. Тогда глаза его души стали способны распознавать добро и зло. До этого, око его души не было таким зорким: теперь он может быстро распознавать вещи, кажущиеся невидимыми для душевного человека. Как пылинка видна в лучах солнца, так и для него, ходящего во свете, видна каждая «пылинка» греха, благодаря лучам света Божьего Сына. Он уже более не закрывает глаза своей совести — этот сон покинул его. Его душа постоянно бодрствует. Он постоянно находится в сторожевой башне и слушает, что Господь ему скажет. И в заключение, христианская радость — это радость в послушании; радость в любви к Богу и в исполнении Его заповедей. Это соблюдение заповедей не для того, чтобы исполнить требования завета добрых дел, так как делами праведности мы не заслуживаем прощения и принятия Божьего. Мы уже прощены и приняты по Божьей милости во Христе Иисусе и обретаем жизнь не нашим послушанием, уже будучи свободными от смерти греха. Эту жизнь мы уже получили по Божьей благодати. «Он пробудил нас, мертвых во грехах и преступлениях», и теперь мы «живы для Бога через Иисуса Христа Господа нашего». Радуемся же мы в исполнении требований завета благодати, в святой любви и счастливом послушании. Мы радуемся, зная, что оправданы по Его благодати, и Бог, посредством крови Агнца, примирил нас с Собой. Он дал нам силу для исполнения заповедей. Мы с радостью совершаем подвиг веры. Мы радуемся через Того, Кто живет в наших сердцах по вере и ведет нас к жизни вечной. И благодаря тому, что Он трудится в нас, мы можем совершать дела угодные Ему. И да совершает Он Свой труд в нас! И мы будем прославлять Его во веки вечные!

Установил ли Господь какие-то внешние, видимые, средства обретения Его благодати? Этот вопрос никогда и никем не мог быть задан в апостольской церкви, разве что каким-нибудь язычником. Все христиане единодушно соглашались, что Христос установил определенные средства для дарования Своей благодати людским душам. Сама жизнь этих людей исключала возможность возникновения дебатов по этому вопросу, потому что «они постоянно пребывали в учении Апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах» (Деян. 2:42).

Но с течением времени, когда любовь многих охладела, некоторые начали путать средства с конечной целью и рассматривать сущность благочестия как исполнение этих внешних дел, а не как преобразование сердца в образ Божий. Они забыли, что «концом всякой заповеди есть любовь из чистого сердца» с «непоколебимой верой» и любовь Господа Бога всем своим сердцем и ближнего, как самого себя, а также очищение от гордости, гнева и похотей. Другие, казалось, воображали, что хотя суть религии и не в этих внешних средствах, но в них есть что-то, что приятно в Божьих очах, хотя и исполняются они без самого важного в законе справедливости, милости и любви Божьей. Очевидно, что для тех, кто злоупотреблял этими средствами, они не способствовали достижению цели, для которой были предназначены. Вместо этого, они лишь навлекали проклятие на головы этих людей. Вместо того чтобы прилежно возрастать в любви и жизни, они становились детьми ада еще стремительнее, чем раньше. Другие, видя, что дети дьявола этими средствами не обретали Божьей благодати, стали считать, что они не являются таковыми.

Тех же, кто злоупотреблял Божьими постановлениями, было больше, чем тех, кто пренебрегал ими. Такое положение вещей существовало до тех пор, пока не появились люди, которые обладали великим пониманием, имели истинную любовь и внутреннее благочестие. Некоторые из них являлись горячими служителями и прославились в своей борьбе с неправедностью. Возможно, вначале они стремились продемонстрировать, что внешняя религиозность ничего не стоит без внутреннего благочестия сердца. Показать, что «Бог есть Дух, и поклоняющиеся Ему, должны поклоняются в духе и истине», что внешние постановления Бога приносят множество пользы при увеличении внутренней святости. Но когда они не расширяют святость, они являются бесполезными. Когда же ими пытаются заменить рост святости, они лишь являются мерзостью перед Господом.