Читаем Избранное полностью

Избранное

Я – русский.Я из той породы,Чья кровь смешаласьС небом и травой.Чьи прадеды в зеленый храмПриродыВходили с непокрытой головой.И молча били низкие поклоныКлочку земли –В страду и в недород.Им Русь казалась горькой и соленой,Как слезы женИли над бровью пот.Всё помнит Русь –И звоны стрел каленых,И отсветы пожаров на снегу…Мы входим в жизньОткрыто и влюбленно.Уйдем –Оставшись перед ней в долгу.

1959

Сыновья

Наивные акселераты,Смешные наши малыши!Они, наверно, втайне рады,Что батек в росте обошли.Мы были в их года пожиже –Война, разруха, недород.Тогда нам впору было б выжитьОт тех харчей, от тех невзгод.Смотрю на сына – и пугаюсь:Что ждет их в этом мире гроз?Он так доверчив, словно аист,Что нам с тобой его принес.

1983

«Ты ставишь на видное место цветы…»

Ты ставишь на видное место цветы,Но что-то мне грустно от их красоты.Как будто ты их принесла из былого,Из юности нашей, из той суеты,Где было все радостно и бестолково.Нам было тогда на двоих сорок лет.А может быть, меньше чуть-чуть,Я не помню.…Мой поезд пришел из ТвериТолько в полночь.И первое, что я увидел, – букет.Веселый, огромный – из белых гвоздик.И так тебе шло это белое пламя,Что даже перрон от восторга затих……А кончилось все,Словно в чеховской драме –Расстались влюбленные,Вырублен сад…Когда я смотрю на гвоздики чужие,Я вижу сквозь нихТвой восторженный взгляд.И думаю –Как же красиво мы жили!

2002

«Я – в гостинице…»

Я – в гостинице.А за окнамиПо-осеннему грустный вид.Бродит осень лугами мокрыми,Заморозить их норовит.Я печально смотрю на берег,На крутой его поворот.Словно где-то мой дом затерян.И всё ждет он меня.Всё ждет.Словно юность моя осталасьНа холодном на волжском дне.И спокойная,Будто старость,Волга зябко течет по мне.

1956