Читаем Избранное полностью

Я не знал, что дважды два — четыре,И учитель двойку мне поставил.А потом я оказался в миреВсевозможных непреложных правил.Правила менялись, только бойко,С той же снисходительной улыбкой,Неизменно ставили мне двойкуЗа допущенную вновь ошибку.Не был я учеником примернымИ не стал с годами безупречным,Из апостолов Фома НеверныйКажется мне самым человечным.Услыхав, он не поверил просто —Мало ли рассказывают басен?И, наверно, не один апостолГоворил, что он весьма опасен.Может, был Фома тяжелодумом,Но, подумав, он за дело брался,Говорил он только то, что думал,И от слов своих не отступался.Жизнь он мерил собственною меркой,Были у него свои скрижали.Уж не потому ль, что он «неверный»,Он молчал, когда его пытали?

1958

296. «Да разве могут дети юга…»

Да разве могут дети юга,Где розы плещут в декабре,Где не разыщешь слова «вьюга»Ни в памяти, ни в словаре,Да разве там, где небо синеИ не слиняет ни на час,Где испокон веков понынеВсе то же лето тешит глаз,Да разве им хоть так, хоть вкратце,Хоть на минуту, хоть во сне,Хоть ненароком догадаться,Что значит думать о весне,Что значит в мартовские стужи,Когда отчаянье берет,Все ждать и ждать, как неуклюжеЗашевелится грузный лед.А мы такие зимы знали,Вжились в такие холода,Что даже не было печали,Но только гордость и беда.И в крепкой, ледяной обиде,Сухой пургой ослеплены,Мы видели, уже не видя,Глаза зеленые весны.

1958

297. «Вчера казалась высохшей река…»

Вчера казалась высохшей река,В ней женщины лениво полоскалиБелье. Вода не двигалась. И облака,Как простыни распластаны, лежалиНа самой глади. Посреди рекиДремали одуревшие коровы.Баржа спала. Рыжели островки,Как поплавки лентяя рыболова.Вдруг началось. Сошла ль река с ума?Прошла ль гроза? Иль ей гроза приснилась?Но рвется прочь. Земля, поля, дома —Всё отдано теперь воде на милость.Бывает, жизнь мельчает. О судьбеНе говори — ты в выборе свободен.И если есть судьба, она в тебе —И эти отмели и полноводье.

1958

298. В ГРЕЦИИ

Перейти на страницу:

Похожие книги

Полтава
Полтава

Это был бой, от которого зависело будущее нашего государства. Две славные армии сошлись в смертельной схватке, и гордо взвился над залитым кровью полем российский штандарт, знаменуя победу русского оружия. Это была ПОЛТАВА.Роман Станислава Венгловского посвящён событиям русско-шведской войны, увенчанной победой русского оружия мод Полтавой, где была разбита мощная армия прославленного шведского полководца — короля Карла XII. Яркая и выпуклая обрисовка характеров главных (Петра I, Мазепы, Карла XII) и второстепенных героев, малоизвестные исторические сведения и тщательно разработанная повествовательная интрига делают ромам не только содержательным, но и крайне увлекательным чтением.

Георгий Петрович Шторм , Станислав Антонович Венгловский , Александр Сергеевич Пушкин , Г. А. В. Траугот

Проза для детей / Поэзия / Классическая русская поэзия / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия
Владимир
Владимир

Роман известного писателя-историка С. Скляренко о нашей истории, о прошлом нашего народа. Это эпическое произведение основанное на документальном материале, воссоздающее в ярких деталях историческую обстановку и политическую атмосферу Киевской Руси — колыбели трех славянских народов — русского, украинского и белорусского.В центре повествования — образ легендарного князя Владимира, чтимого Православной Церковью за крещение Руси святым и равноапостольным. В романе последовательно и широко отображается решительная политика князя Владимира, отстаивавшего твердую государственную власть и единство Руси.

Александр Александрович Ханников , В. В. Роженко , Илья Валерьевич Мельников , Семён Дмитриевич Скляренко , Семен Дмитриевич Скляренко

Скульптура и архитектура / Поэзия / Проза / Историческая проза