Читаем Избранное полностью

Я смутно помню шумный перекресток,Как змей клубок, петлистые пути.Я выбрал свой, и всё казалось просто:Коль цель видна, не сбиться и дойти.Одна судьба — не две — у человека,И как дорогу ту ни назови,Я верен тем, с которыми полвекаШагал я по грязи и по крови.Один косился на другого, мучилМолчанием, томила сердце тень,Что рядом шла, — не друг и не попутчик,А только тень.           Ни зелень деревень,Ни птицы крик нам не несли отрады.Страшнее переходов был привал.Порой один, чуть покачнувшись, падал,Все дальше шли, он молча умирал.Но, кажется, и в час предсмертной стужи,Когда пойму — мне больше не идти,Нахлынут нежность, гордость, грусть и ужасПри памяти о пройденном пути.

1957

288. «Есть в севере чрезмерность, человеку…»

Есть в севере чрезмерность, человекуОна невыносима, но сродни —И торопливость летнего рассвета,И декабря огрызки, а не дни,И сада вид, когда приходит осень:Едва цветы успели расцвести,Их заморозки скручивают, косят,А ветер ухмыляется, свистит,И только в пестроте листвы кричащей,Календарю и кумушкам назло,Горит последнее большое счастье,Что сдуру, курам на смех, расцвело.

1957

289. ДОЖДЬ В НАГАСАКИ

Дождь в Нагасаки бродит, разбужен, рассержен.Куклу слепую девочка в ужасе держит.Дождь этот лишний, деревья ему не рады,Вишня в цвету, цветы уже начали падать.Дождь этот с пеплом, в нем тихой смерти заправка,Кукла ослепла, ослепнет девочка завтра,Будет отравой доска для детского гроба,Будет приправой тоска и долгая злоба,Злоба — как дождь, нельзя от нее укрыться,Рыбы сходят с ума, наземь падают птицы.Голуби скоро начнут, как вороны, каркать,Будут кусаться и выть молчальники карпы,Будут вгрызаться в людей цветы полевые,Воздух вопьется в грудь, сердце высосет, выест,Злобу не в силах терпеть, как дождь, Нагасаки,Мы не дадим умереть тебе, Нагасаки!Дети в далеких, в зеленых и тихих скверах, —Здесь не о вере, не с верой, не против веры,Здесь о другом — о простой человеческой жизни.Дождь перейдет, на вишни он больше не брызнет.

1957

290. ТОВАРИЩАМ

Перейти на страницу:

Похожие книги

Полтава
Полтава

Это был бой, от которого зависело будущее нашего государства. Две славные армии сошлись в смертельной схватке, и гордо взвился над залитым кровью полем российский штандарт, знаменуя победу русского оружия. Это была ПОЛТАВА.Роман Станислава Венгловского посвящён событиям русско-шведской войны, увенчанной победой русского оружия мод Полтавой, где была разбита мощная армия прославленного шведского полководца — короля Карла XII. Яркая и выпуклая обрисовка характеров главных (Петра I, Мазепы, Карла XII) и второстепенных героев, малоизвестные исторические сведения и тщательно разработанная повествовательная интрига делают ромам не только содержательным, но и крайне увлекательным чтением.

Георгий Петрович Шторм , Станислав Антонович Венгловский , Александр Сергеевич Пушкин , Г. А. В. Траугот

Проза для детей / Поэзия / Классическая русская поэзия / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия
Владимир
Владимир

Роман известного писателя-историка С. Скляренко о нашей истории, о прошлом нашего народа. Это эпическое произведение основанное на документальном материале, воссоздающее в ярких деталях историческую обстановку и политическую атмосферу Киевской Руси — колыбели трех славянских народов — русского, украинского и белорусского.В центре повествования — образ легендарного князя Владимира, чтимого Православной Церковью за крещение Руси святым и равноапостольным. В романе последовательно и широко отображается решительная политика князя Владимира, отстаивавшего твердую государственную власть и единство Руси.

Александр Александрович Ханников , В. В. Роженко , Илья Валерьевич Мельников , Семён Дмитриевич Скляренко , Семен Дмитриевич Скляренко

Скульптура и архитектура / Поэзия / Проза / Историческая проза