Амия шла в хвосте вереницы девочек, желая оказаться как можно дальше от принца. Впечатлений была масса, как приятных, так и не очень. История оставила свой отпечаток на этом месте, где многие поколения людей занимались магией и приносили жертвы богам. Пространство и время растворялись в лабиринте комнат, коридоров и проходов. Ей показалось, что они давно вышли за пределы Варанаси. Амия чувствовала незримое присутствие реки. Странно, но она, похоже, была единственной, кто ощутил на себе воздействие противоречивых сил, населявших этот дворец. На лицах других девочек читались беззаботность, покорность судьбе, жадное любопытство — в зависимости от темперамента и характера. Она

не заметила, чтобы кто–нибудь, кроме нее, был обеспокоен, хотя все девственницы оказались в этой части дворца впервые.

И уж точно она одна не желала смириться со своей участью. Она одна была инициирована колдуньей.

Убранство комнат понемногу менялось, становилось более женственным. Занавеси из шелка и бархата теплых и ярких тонов теперь заменяли двери. Они проходили сквозь эти ласкающие кожу занавеси, шли по комнатам с украшенными цветочными узорами и эротическими картинками потолочными балками. На стенах с отделанными мрамором оконными проемами была изображена плотская феерия Кришны и его любимицы Радхи. Эти картины, реалистические и наивные, преследовали их до просторной комнаты. Но комната ли это?

От увиденного у Амии перехватило дыхание. Фрески здесь были огромными. Каждая в мельчайших деталях отражала картины боевых и любовных подвигов Кришны. А больше всего ее поразило изображение на потолке: Кришна в окружении своих ста восьмидесяти тысяч сыновей. Он породил непобедимую армию, оставив такое обильное потомство, что многие из ныне живущих могли претендовать на то, что в его или ее жилах течет божественная кровь.

Ранга редко смотрел на этот потолок, где жизнь била ключом.

Сам он ничего и никого не породил. Его кровь превратится в дым на погребальном костре. Он не оставит потомства. То, что род на нем закончится, принца уже не беспокоило. В конце концов, не каждому выпадает честь умереть последним, поставить финальную точку в истории династии.

Он сел в центре огромного круглого ложа, диаметр которого равнялся десяти шагам. Возле ложа журчали фонтаны. Окна открывались меж соблазнительных округлостей изображенных с поднятыми вверх руками пастушек–гопи. Эти изваянные из розового камня статуи, подсвеченные светильниками, контрастировали с ночной темнотой за окнами. Вдали едва виднелись крыши храмов.

Амия смотрела как раз в том направлении, представляя себе молящихся верующих, стоящих у входа в святилище нищих, неприкасаемых и бедняков, которые, благословляя бога, едят свою горстку риса. Они были свободны.

Свободны!

Ей не хотелось оставаться в этом логове. Она вздохнула. Чудо, но принц на время потерял интерес к девственницам. По его приказу слуги привели четырех молодых куртизанок, и теперь он с удовольствием их раздевал. Когда все четверо оказались нагими, он дал им понять, что пришла их очередь снять с него одежду. Отработанными ловкими движениями они освободили повелителя от одеяний, и все увидели его безволосый торс, мускулистые ноги, вздыбившийся член. Куртизанки выразили радость, и их похотливые улыбки подстегнули желание принца.

Тихий подавленный смех прокатился по рядам зрительниц, которые расселись на ковре вокруг ложа. Господин Ранга в свою очередь разразился смехом, от которого кровь заледенела в жилах Амии. Так хохочет чудовище.

Бледная, напряженная, она смотрела, как он насыщается нежной плотью. Руки принца превратились в клещи, которыми он хватался за головы,.ягодицы, груди, бедра. Его похожий на отравленный дротик член беспощадно вонзался в чашечки–лона его «цветочков». Изображая любовь, он выкрикивал непристойности.

Это был не Кришна.

Это был демон.

Амия не знала, какого бога призвать на помощь. Похоже, рассчитывать следовало только на себя. Должен, обязательно должен быть способ бежать из этого ада…

Глава 37

Других препятствий на своем пути они не встретили. Дуна безошибочно вел их на север. Их ожидали: агент–сикх выехал им навстречу в тот день, когда они уже подъезжали к реке.

— Ганг! — сказал Мишель.

Они находились на северном склоне горы. За их спинами до горящей линии горизонта простиралось иссыхающее плато Ранчи. Там крестьяне рыли растрескавшуюся землю, каждый раз вонзаясь все глубже в поисках воды — той самой воды, которая в изобилии протекала в нескольких километрах от четырех путников.

До муссонов еще нужно было дожить. Три месяца пройдет, прежде чем на землю упадут первые дожди. Весна ничего хорошего не обещала тем, кто жил далеко от больших рек. Голод и эпидемии добавятся к другим испытани-

ям, выпавшим на долю крестьян. Они унесут больше жизней, чем война.

Агент–сикх сообщил, что произошло несколько стычек, но без последствий. Противники пока довольствовались провокациями. Англичане осторожно продвигались вперед, пытаясь закрепиться на территории между провинцией Дели и границами Пенджаба.