Мишель и Дхама знали причину такой осторожности. Двумя годами ранее армия, насчитывавшая десять тысяч британских оккупантов, была разбита в Афганистане. Теперь англичане всячески избегали поражений, но понимали, что их будущее в Индии зависит от того, удастся ли им захватить Пенджаб. Присоединив же эту огромную территорию, они упрочат свое положение на континенте и обеспечат процветание Ост–Индской компании. Они считали своим долгом вписать новые страницы в славную историю своей страны — ради любви к королеве, ради величия Англии и ради Господа Бога.

Только Мишель представлял себе, каковы на самом деле аппетиты британцев: их конечной целью было господство над всем миром. Он сожалел о том, что Франция не была задействована напрямую в назревавшем конфликте. Франция довольствовалась малым. По мирному договору, заключенному в 1783 году в Версале, французам были возвращены индийские города Пондишери, Карикал, Шандернагор, Янам и Маэ. Кроме того, у французов были свои фактории в Ба–лассоре, Коссимбазаре, Югдии, Дакке, Патне, Масулипатаме, Каликуте и Сурате. Но это были всего лишь булавочные головки на карте огромного Индийского континента, особенно в сравнении с английской гидрой, которая поглощала все, что попадалось ей на пути.

Ничего, или почти ничего.

Эти французские территории, пятьсот квадратных километров в общей сложности, давали нескольким аван-

тюристам возможность выживать. И Мишель был из их числа.

— Каков риск, что нас обнаружат? — спросил он у агента.

— Шпионов везде полно, но мы почти ничем не рискуем. Большинство из них подкуплено принцем Рангой. Богатство помогает ему покупать у людей совесть. Он — союзник нашей рани. Если с вами что–то случится, Джундан ему этого не простит.

Сикх говорил правду. Непредсказуемая Джундан никогда не откладывала исполнение наказания, и неважно, шла речь о принце или о святом. И все–таки Мишель не вполне доверял Ранге. Было в принце что–то, наводящее на мысль об опасности и вызывающее отвращение.

— Будем осторожны и впредь, пока не доберемся до Мир–запура! — сказал Дхама.

Хирал и Мишель взглядами выразили свое согласие. Ни в чем и ни в ком нельзя быть уверенным в этой части Индии, испытывавшей на себе влияние различных политических и религиозных течений. Даже в шпионах. Здешние шпионы служили своим правителям и имели к ним доступ. В их задачи входили контроль нравов и общественного мнения, слежка за чиновниками и членами благородных семейств, сбор сведений о врагах, подготовка покушений, похищение людей, упреждение ответных акций англичан и даже организация государственного переворота. У Ранги шпионов были сотни, но даже такое их количество не могло гарантировать безопасность сторонникам рани Джундан. Англичане тоже имели в этих местах значительную поддержку и тратили немалые средства на укрепление своих позиций на обоих берегах Ганга и во всем Прадеше.

Взгляд Мишеля постоянно устремлялся к северо–востоку, словно он надеялся высмотреть там своих извечных врагов в красной форме. Он мечтал завладеть английским знаменем. Мирзапура еще не было видно. Великий правитель

империи Великих Моголов по имени Шах–Джахан, при котором был построен великолепный беломраморный мавзолей Тадж–Махал, основал в Мирзапуре порт. Мишель нанимал там суда, когда груз был слишком тяжел для мулов и верблюдов.

— Я не чувствую опасности, — сказала Хирал, которая смотрела в том же направлении.

Мишель знал, что на ее чутье можно положиться. Он вскинул руку, тронул коня, и маленький отряд последовал за ним по обрывистой горной дороге.

Глава 38

Их было трое, новых учениц гуру Тамонаша, Искоренителя невежества: Амия, Прелестная, из Аунраи, Анжели, Дар, из Газипура и Семантика, Маленькая белая роза, из Саса–рама.

Анжели было тринадцать, Семантике — восемь. Их доставили во дворец в начале месяца магха, чуть раньше, чем Амию. Каждому гуру было поручено воспитание и обучение трех девочек. Тамонашу сразу же стало ясно, что Амия — очень одаренная, особенно в искусстве танца.

«Она способная, — сказал Тамонаш своим собратьям–гуру. — Жаль только, что уже не маленькая: скоро у нее начнутся крови. Трудно подчинить дисциплине подростка. А эта будет упрямее многих. Не тому, ох не тому учила ее Три–Глаза! Девчонка слишком много о себе возомнила. Я это

чувствую, когда смотрю на нее. Боюсь, мне придется начинать сначала».

И Амия все учила наново, следуя тиранической методике гуру, который, не моргнув глазом, приказал бы запереть ее в подвале, полном крыс и тараканов, если бы она отказалась выполнить приказ. У нее болели мышцы и суставы от интенсивных нагрузок. После каждого занятия девочке казалось, что она превратилась в мертвое дерево, но гибкость и силы вскоре возвращались: организм очень быстро восстанавливался, чему не переставал удивляться евнух, делавший девочкам массаж. В отличие от остальных, чтобы снова оказаться в форме, ей не требовались ни общеукрепляющие средства, ни лекарства, ни угрозы.