Читаем Избавитель. Том 2 (СИ) полностью

Слишком ярко. Князю подземников было много тысяч лет. Он привык действовать осторожно, вдумчиво и наверняка. Послать трутней в атаку в самом сердце питомника не выйдет, а рисковать хамелеоном ему не хотелось. Разумеется, человека нужно убить, но лучше в другой раз, когда он будет под менее надежной защитой. К тому же сначала нужно разобраться в природе его силы.

Демон подлетел к окну, прислушиваясь к немелодичному похрюкиванию и присматриваясь к жестам двуногого скота.

— «Тогда у вас станет на два стражника меньше»? — гулко засмеялся Раген. — Я думал, Юкора удар хватит! Я говорил тебе вести себя как король, а не как самоубийца-красиец!

— Я не ожидал, что он потребует заключить брак, — сказал Меченый.

— Юкор прекрасно понимает, что сына у него уже не будет, и спешит сбыть с рук хотя бы одну дочь, пока они не передрались за трон. Какую бы красотку Райнбек ни выбрал, она охотно уберется из Милна ради шанса посадить свое отродье на трон Энджирса.

— Райнбек ни за что не согласится.

Раген покачал головой:

— Зависит от того, велика ли угроза. Если хотя бы вполовину от того, что ты говоришь, то у Райнбека может не быть выбора. Ты покажешь ему книгу Юкора об оружии?

Меченый покачал головой:

— Меня не интересует политика, и я не собираюсь помогать жителям Тесы убивать друг друга, когда красийцы захватили наши земли, а подземники когтят ночами метки. Я хочу обратить это оружие против подземников, если возможно.

— Неудивительно, что Роннелл считает тебя Избавителем, — заметил Раген.

Меченый пронзил его взглядом.

— Не смотри на меня так! — сверкнул глазами тот. — Я в это верю не больше тебя. По крайней мере, в твое божественное происхождение. Но что, если в нужное время приходит человек достаточно сильный и волевой, чтобы возглавить остальных?

Меченый покачал головой:

— Я никого не собираюсь возглавлять. Я лишь хочу распространить боевые метки, чтобы они больше не потерялись. Пусть люди сами себя возглавляют.

Он подошел к окну и выглянул за занавеску.

— Уеду еще до рассвета, чтобы никто не…

Он смотрел на небо, не на землю, и чуть не пропустил смутный проблеск, который исчез, прежде чем он успел присмотреться. И все же его меченые глаза определенно заметили свечение.

Во дворе прятался демон.

Он развернулся и бросился к двери, сорвав на ходу одежду и швырнув ее на мраморный пол. При виде его Элисса ахнула:

— Арлен, что случилось?

Не обращая на нее внимания, Меченый поднял засов тяжелой дубовой двери и распахнул ее, как пушинку. Он выбежал во двор и лихорадочно огляделся.

Никого.

Через мгновение Раген подскочил к двери с копьем и меченым щитом.

— Что ты видел?

Меченый медленно повернулся вокруг, выискивая во дворе следы магии, напрягая все чувства.

— Во дворе демон, — сказал он. — Могучий демон. Не выходи за метки.

— Ты тоже! — взмолилась Элисса. — Вернись в дом, пока меня удар не хватил.

Меченый невозмутимо продолжал исследовать двор. За стеной поместья Рагена было несколько домов для слуг, сад и конюшни. Полно мест, чтобы спрятаться. Меченый скользил в темноте, но видел совершенно ясно, даже лучше, чем днем.

Воздух пованивал, но еле ощутимо, неуловимо. Меченый напряг мышцы, готовясь прыгнуть в любую секунду.

Но во дворе никого не было. Он обыскал поместье вдоль и поперек и никого не нашел. Неужели ему померещилось?

— Что-нибудь нашел? — спросил Раген, когда он вернулся. Цеховой мастер стоял в дверях под защитой меток, но готов был броситься на помощь в любой момент.

— От жилетки рукава, — пожал плечами Меченый. — Возможно, мне просто показалось.

Раген хмыкнул:

— Береженого Создатель бережет.

Вернувшись в дом, Меченый взял копье Рагена. Копье было верным спутником вестника, и Раген старательно смазывал и острил свое, хотя не доставлял письма уже почти десять лет.

— Я хотел бы перед уходом расписать его метками. — Меченый выглянул на улицу. — Проверь охранную сеть завтра утром.

Раген кивнул.

— Останься еще ненадолго, — попросила Элисса.

— Я привлекаю в городе слишком много внимания и не хочу навести на ваш след. Лучше мне уехать на рассвете, как только откроют ворота.

Элисса с недовольным видом крепко обняла его и поцеловала:

— Надеюсь, мы увидимся раньше, чем еще через десять лет.

— Увидимся, — пообещал Меченый. — Честное слово.

Покидая Рагена и Элиссу перед самым рассветом, Меченый чувствовал себя на редкость хорошо. Приемные родители не стали ложиться спать и всю ночь рассказывали, как обстояли дела в Милне после его отъезда, расспрашивали о его жизни. Он поведал им о своих приключениях в юности, но не сказал ни слова о пустыне, где умер Арлен Тюк и родился Меченый. Как и о последующих годах.

И все же историй с лихвой хватило до утра. Он уехал перед самым рассветным звоном, и ему пришлось скакать во весь опор, чтобы убраться подальше от особняка и не навлечь подозрений. Люди уже начинали отпирать меченые двери и ставни.

Меченый улыбнулся. Вероятно, Элисса так и задумала — задержать его до звона колокола, чтобы он остался еще на день, но ей никогда не поймать его в клетку.

Когда он подъехал к воротам, стражники еще потягивались, но путь был свободен.