Ровно через месяц после начала войны СССР выразил протест в ООН по поводу действий США и ряда стран, как вмешивающихся во внутренние дела Кореи, но американцы добились узаконивания военного присутствия в этой стране. Войска были названы «миротворческими», а к США присоединились и послали свои войска Турция, Великобритания, Канада, Новая Зеландия и Австралия. По одному батальону прислали Франция, Бельгия, Голландия, Греция, Таиланд, Филиппины и Колумбия. Эти силы, высадившиеся в Ичхоне, зашли в тыл к северянам и нанесли мощный ответный удар, который заставил их отступить через горные массивы на север. В СССР на стол Сталина был положен доклад специалистов, из которого следовало, что война принимает крайне неясный временной промежуток. Далее отмечалось, что это будет способствовать нестабильности на северо-востоке Азии. Сталин отправил послание Ким Ир Сену, в котором заявил, что СССР готов оказать любую военную помощь КНДР. В ответ лидер КНДР выразил благодарность и готовность принять такую помощь. В это время войска под командованием генерала Макартура вели большое наступление на территории всего Пуссанского полуострова, на этот готовый плацдарм была переброшена 8-я американская армия генерала Уолкера, в сентябре 1950 года эти формирования заняли Сеул. Война подошла вплотную к границам Китая и СССР. Медлить Сталин больше не мог: Северная Корея начала получать советскую военную помощь. СССР неофициально вступил в войну. Так осенью 1950 года в Монголию был переправлен 361-й истребительный полк Ивана Кожедуба.

Засекреченные сражения

По понятным причинам о своем участии в той войне Иван Кожедуб рассказывать не имел права. Вот что говорил по этому поводу Никита Иванович Кожедуб: «Я этот секрет разгадывал долгие годы, но кое-что все же осталось неясным. О боевых заслугах отца в Корейской войне я узнал только лет в пятнадцать. Стало интересно: о Великой Отечественной говорят все, а о Корее – никто. И как-то я спросил об этом батю. А он, лукаво улыбаясь, ответил: «Не расскажу, пока не разрешат». На этом наш разговор о Корее закончился. После этого он так никогда и словом не обмолвился, хотя отношения у нас были очень доверительные. Но вот в начале 1990 года отцу из Кореи пришло приглашение посетить страну для участия во встрече советских и китайских боевых летчиков, воевавших в небе Кореи. Помню, батяня очень обрадовался, так как за все годы ни разу не был в тех местах, не встречал корейских и китайских однополчан. Но из-за проволочек в министерствах выезд затянулся на несколько месяцев и был перенесен на 1991 год». О боевых заслугах Ивана Кожедуба в Корее рассказывали впоследствии несколько человек. Однако подтвердить или опровергнуть эти данные Никита Ивановича не смог.

А было вот что. Для противостояния ВВС США Сталин направил в Корею через Монголию и Китай новейшие реактивные самолеты МиГ-15Ф, оснащенные пушками, расположенными на носу. Этот истребитель был грозным соперником, превосходящим западные машины этого класса. Американские ВВС, вооруженные истребителями F-84 «Тандерфлайр» и F-9F «Пантера», не могли составить ему большой конкуренции в силу малых скоростей и худшей аэродинамики. Паритет в воздухе установился лишь в 1951 году, когда у американцев появились самолеты F-86 «Сейбр», хотя и они уступали МиГу в скорости и вооружении. По последним данным, на 4000 сбитых американских самолетов приходилось примерно 530 сбитых МиГ-15 и Ла-11, то есть три с половиной к одному. Все победы советских летчиков были одержаны под непосредственным командованием полковника Ивана Кожедуба. Он сам рвался в небо, но, по непроверенным данным, был приказ лично Сталина: «Кожедубом не рисковать!»

Первый бой советские истребители дали 2 апреля 1951 года. Авиационное звено пошло на перехват реактивного разведчика В-45. Звено подняли слишком поздно, и летчики увидели группу противника в составе разведчика В-45 и восьми самолетов F-86 «Сейбр», идущую на встречно-пересекающихся курсах на 1000–1500 метров выше их. Но, несмотря на то что советские истребители находились в невыгодном положении, было принято решение атаковать американцев. Ведущему второй пары истребителей капитану Лазутину удалось занять удобное положение в пятистах метрах снизу и сзади разведчика. Правда, атака по разведчику не получилась, летчик, увидев противника, увеличил скорость и увел самолет. В схватку вступили «сейбры». Бой был ожесточенным, однако ни одна сторона потерь не понесла. Прекратив атаку, F-86 ушли за разведчиком. Советские летчики преследовали их до береговой черты, за которую им запрещалось заходить, после чего вернулись на базу и доложили о схватке Кожедубу.