Читаем Иван Кожедуб полностью

Бомбардировки Японии были для Америки делом стратегической важности. В условиях сложившейся обстановки СССР имел самую большую и обороноспособную армию в мире и составлял большую угрозу странам Запада. Поэтому взрывы в Японии рассматривались как начало «атомного шантажа США». Американцы очень рассчитывали на эту демонстрацию силы как на веский аргумент в свою пользу при разделе сфер влияния. Однако скоро оказалось, что бомбардировки Японии стали, скорее, стратегической ошибкой США. Переоценив свои силы, Америка дорого заплатила за ошибки, сначала в Корее, затем во Вьетнаме. Сброс бомб на японские города породил недоверие и подозрительность мира к «счастливому послевоенному обществу по-американски». В дальнейшем политический конфликт между двумя странами-победительницами развивался по нарастающей.

Советский Союз, допустив США в Корею, справедливо считал, что американцы в свою очередь выделят СССР зону оккупации в Японии. В Кремле понимали, что Япония долгие годы будет служить Вашингтону в роли «непотопляемого авианосца». Но без континентальной Азии США в случае войны не добьются многого. Поэтому, по мнению Сталина, присутствие США в Корее было возможным только при условии наличия советских баз в Японии. Однако американцы уже имели твердые позиции в Стране восходящего солнца и не собирались ни с кем делиться. Быстро закрепившись в Южной Корее, они в короткие сроки образовали там демократическое государство с президентом Ли Сын Маном, проводившим, естественно, проамериканскую политику. Ли Сын Ман ясно понимал, что его политическая карьера без США невозможна. Поэтому он во всем подчинялся Вашингтону, который, в свою очередь, видел Корею зоной влияния США, свободную от советского присутствия. В апреле 1950 года Гарри Трумэн, считая, что ядерного оружия уже достаточно для поддержания национальной безопасности, принимает решение об ужесточении политики по отношению к Советскому Союзу.

Параллельно с этим развивалось понятие «тотальной дипломатии». Ее целями считалось уничтожение коммунистических и национально-освободительных движений в мире, в рамках этих задач Белый дом опирался на НАТО, ремилитаризацию ФРГ, постоянные валютные вливания в страны, где сильны были национально-освободительные устремления. Однако призыв к борьбе с мировым коммунизмом пошел не так, как планировали в Вашингтоне: страны третьего мира уже были достаточно заражены коммунистическими идеями, а Советский Союз когда тайно, а когда и открыто поддерживал революционное движение. В результате американский лидер пришел к выводу: именно Корея на данный момент может стать отличной ареной для схватки, пробой сил в борьбе двух систем. Трумэн, несомненно, думал и о худшем раскладе в Корее, а это включало многогранный спектр проблем: ядерная и бактериологическая войны, химические бомбардировки. Но США нужен был форпост в Корее для дальнейшей экспансии на востоке, поэтому в конце 1949 года стали рассматриваться и возможные операции в будущей восточной войне.

1950 год начался в Корее с очередного военного конфликта на границе. К этим столкновениям уже давно привыкли, они продолжались уже несколько лет и были своеобразной пробой сил. Лидеры Юга и Севера Кореи считали, что война – это единственный способ воссоединения страны. В тот год конфликт развивался очень быстро, это дало почву для размышлений Ким Ир Сену, который в июне 1950 года принял решение о мобилизации. 25 июня 1950 года, через несколько дней после этого приказа, командующий ВВС США Ванденберг получил директиву. Ее смысл сводился к следующему: если СССР начнет концентрацию войск на границе с Кореей и если эти войска перейдут на территорию КНДР, то Ванденберг обязуется нанести удар по базам СССР в Сибири, по авианосным соединениям. США, долго готовившиеся к этой войне, перебросили в Южную Корею 24-ю пехотную дивизию и части 7-го флота США. Но даже вкупе с армией Южной Кореи американские войска не смогли, к удивлению всего мира, противостоять голодным, недоукомплектованным дивизиям КНДР. Эти формирования были буквально сметены, американская дивизия была окружена, уничтожена, а ее остатки вместе с командованием были взяты в плен.