Читаем Иван Ефремов полностью

Люди прошлого привыкли воспринимать явления односторонне и прямолинейно — они создали теорию разбегающейся или взрывающейся Вселенной, ещё не понимая, что видят одну сторону великого процесса разрушения и созидания. Именно одна лишь сторона — рассеяния и разрушения, то есть переход энергии на низшие уровни по второму закону термодинамики, воспринималась нашими чувствами и построенными для усиления этих чувств приборами. Другая же сторона — накопления, собирания и созидания — не ощущалась людьми, так как сама жизнь черпала свою силу из энергии, рассеиваемой звёздами — солнцами, и соответственно этому образовалось наше восприятие окружающего мира. Однако могучий мозг человека проник и в эти скрытые от нас процессы созидания миров в нашей Вселенной (ТА, «Красные волны»).

Не нравы народов нужно исследовать, но сущность сознания. Когда научимся ощущать провод из Беспредельности, тогда люди вместо молитвы будут приказывать элементам. Не «Бог» за нас трудиться будет, но трудом и психической энергией себе поможем (Б, 9).

Очень трудна работа историка, особенно когда учёные стали заниматься главным — историей духовных ценностей, процессом перестройки сознания и структурой ноосферы — суммы созданных человеком знаний, искусства и мечты (ЧБ, «Миф о планете Торманс»).

Основное правило нашей психологии предписывает искать в себе самом то, что предполагаете в других. Всё та же трудно истребимая идея о сверхсуществах живёт в вас. Боги, сверхгерои, сверхучёные… (Вир Норин, ЧБ, «Кораблю — взлёт!»).

Сколько нужных наблюдений можно вести даже без утончённых аппаратов! (ЗнАЙ, 398).

Метод Нашего Учения обычно осуждается с двух сторон. Приверженцы старины не могут простить Наше внимание к западной современной науке. Последователи Запада не могут простить почитание явлений древнейшей Мудрости. <…> Символика древнейшей Мудрости основана на сличении Макрокосма с микрокосмом. Потому в самых отвлечённых образах ищите человеческий организм с его возможностями (ЗнАЙ, 399).

Земной физик, о котором я вспомнил, имел в виду гигантские внутренние силы человеческой психики, её врождённую способность исправлять дисторсию мира, возникающую при искажении естественных законов, от недостаточности познания. Он имел в виду необходимость дополнить метод внешнего исследования, некогда характерный для науки Запада нашей планеты, интроспективным методом Востока Земли, как раз полагаясь только на собственные силы человеческого разума (Вир Норин, ЧБ, «Кораблю — взлёт!»).

Творчество духа не трудно явить, когда мышление хочет представить себе Вселенную не как замкнутую область (Б, 46).

Космогония должна вызывать величественные мысли. Если Бог несознательного народа сидит на краю ничтожного шарика, то высокий дух взирает в Беспредельность, украшаясь радостью познания без границ. Не унижайте Беспредельность! (ЗнАЙ, 88).

…Один из очень важных психологических устоев творческой жизни — сознание бесконечности пространства с его недостижимыми границами и неисчислимыми, ещё не открытыми человеком мирами (ЧБ, «Скованная вера»).