Читаем Итальянская ночь полностью

Парафинов потер пальцами губы, потом погладил аккуратную лысину – нежно и бережно, будто это его самое уязвимое место на теле, которое он берег, снова пальцы коснулись губ, сползли на подбородок, терли его, терли… Видимо, так выглядит волнение с недоумением и растерянностью в исполнении Игоря Игоревича. К этому времени Андреев полностью пришел в себя, теперь ему реакция Парафинова казалась странной, он уже забыл, в каком состоянии сам находился еще пятьдесят минут назад. Когда же Богдан хотел что-то сказать Парафинову, Андреев вскинул руку, призывая юношу жестом к молчанию, решил сам вести диалог:

– Ордер нужен. На обыск. Будем задерживать сегодня же…

– Погоди ты с задержанием, – дернулся Парафинов. – Давай сначала с обыском разберемся, а?

– А чего годить? – запротестовал Андреев. – Или вам мало трупов? Так они еще будут – такое у меня предчувствие. Будут, если сегодня же, через час, не задержим. Основание у нас есть…

– Это не основание.

– Я не понял! С каких пор вы стали лояльны к преступникам?

– Потому что не верю! – взревел Парафинов, но успокоился в ту же минуту. – Не верю. И не преступник, а подозреваемый, чувствуешь разницу?

– Чувствую, но не вижу.

– Вот, – указал на него ладонью Парафинов. – А раз не видишь, то и другие не увидят. Доказательства…

– Добудем, – перебил Андреев. – Мне двадцать пятое чувство нашептало. Мы изложили, на чем основана наша уверенность. И доказали: все просчеты убийцы теперь как на ладони, даже перестала быть загадочной последняя фраза Маймурина перед смертью: «Я узнал его».

– Это все теоретически…

– Конечно, узнал! – продолжил без паузы Андреев. – И последний довод. Ребята обошли мотосалоны, скутер убийцы в салонах не покупали. Но ведь их продают и на рынке, там дешевле и продавцы ведут учет, как в магазинах. Санька догадался объехать рынки, даже за городом побывал. И нашел продавца, который описал внешность покупателя, она совпала с внешностью, по-вашему, подозреваемого, а по-моему – убийцы. Продавец согласился на опознание, достаточно будет одной улики, которую мы обязательно найдем, я уверен….

– Ладно, ладно, – опустил голову Парафинов.

– Кстати, пульку из задницы Горбанева извлекли? Что говорит наша криминалистика?

– «Зауэр».

– Ну вот, видите? Один и тот же пистолет фигурирует…

– А мотив?

– Игорь, не парь нам мозги, а поднимай свою задницу и дуй за ордерами.

– Как ты разговариваешь с начальством? – проворчал тот.

Андреев выпрямился, щелкнул каблуками и браво отчеканил:

– Товарищ полковник, поднимите свой уважаемый полковничий зад и бегите добывать ордера. Вам их выпишут без затрат на базар и доказательства, достаточно сведений из центра сотовой связи, исключительно по дружбе выпишут.

– Извините, что перебиваю, – подал голос Богдан. – Но безотлагательно нужно еще одного человека задержать…

– Гляди-ка, как вас разобрало, – буркнул Парафинов. – И кого еще будете задерживать?

– Гражданина Титова, – сказал Богдан. – С которым преступник вел переговоры перед убийством Маймурина и охранника. Мы проверили, с Титовым он созванивается по многу раз в день.

– Пока достаточно одного, – сказал Парафинов. – С Титовым разберемся позже. Ордер, говоришь? Да хоть пять. Сам заберешь, я позвоню.

– Слушаемся, товарищ полковник! – вторично щелкнул каблуками Андреев. – Звоните.

– Но гляди, – снял трубку Парафинов. – Если ошибаешься…

– Вы пройдетесь ремнем по моей заднице! – в том же духе отчеканил Андреев, Богдан отвернулся, хихикая.

– Паяц, – бросил оскорбленный начальник. – И клоун. Алло…

Раиса стояла перед клумбой, обхватив предплечья руками и вдыхая живительный цветочный аромат. Раньше она избавлялась от мыслей, глядя на совершенство природы, сейчас… то, что творилось в ее мозгах, называется одним емким словом: хаос. Хаос состоял из постигшего несчастья и свалившихся бытовых проблем.

От охраны пришлось отказаться, дом теперь полностью беззащитен, как она здесь будет жить с Вито – фактически еще ребенком, – не представляла, но понимала, что это опасно, любой проходимец, узнав, что дом без охраны, может пробраться в него. На очереди домашние работники. Она ужаснулась от перспективы всю их работу выполнять самой. Кухарка, дворник, две горничные – они занимаются только уборкой. Еще одна стирает и гладит, следит за одеждой. Кажется, это все мелочи, но одних штор в доме километры, стирались раз в два месяца, попробуй перегладь. Арамис с Вито рубашки и белье меняли каждый день, как и Раиса, остального барахла – вагоны: скатерти, салфетки, покрывала, пледы, полотенца… Пыли в доме не было. Специальный человек занимался электричеством, канализацией, мелким ремонтом. Раиса не знала, сколько платил Арамис прислуге, в какие суммы обходился дом, газ, свет, вода, а ко всему этому прибавились дикие долги. Как плохо-то… Вдруг пришла идея:

– Надо выставить дом на продажу. Я одна с ним не справлюсь… И Вито поедет учиться… Да, продать и купить квартиру… Кто там?

Во двор вошел Парафинов:

– Это я, Рая. – Он приблизился, поздоровался. – Извини, времени не было позвонить, тем более навестить. В нашем городе столько происшествий…

– Слышала.