Читаем История полностью

51. Сверх всего этого Крез послал в Дельфы две большие чаши – одну золотую, другую серебряную; золотая помещена была в храме на правой стороне от входа, серебряная – на левой. Но и эти чаши во время пожара сдвинуты были со своих мест; золотая находится теперь в клазоменской сокровищнице и весит восемь с половиной талантов и двенадцать мин; серебряная, вмещающая в себе шестьсот амфор, стоит в углу предхрамия: чашу эту дельфийцы наполняют разбавленным вином в праздник Феофаний. По словам дельфийцев, это – произведение Феодора из Самоса, и я верю им, потому что оно выдается из ряда обыкновенных. Крез послал еще четыре серебряные бочки, находящиеся в коринфской сокровищнице, а также две кропильницы, золотую и серебряную; на золотой начертана надпись, в которой неправильно лакедемоняне называют себя жертвователями ее. На самом деле и эта чаша – дар Креза, а надпись начертал некто из дельфийцев в угоду лакедемонянам; имя его я знаю, но не назову. Лакедемонянами пожертвовано изображение мальчика, сквозь руку которого течет вода, а не кропильница. Вместе с этими дарами Крез послал еще и другие предметы, со всеми не обозначаемые отдельно, между прочим, круглые литые вещи из серебра, золотое изображение женщины в три локтя высотой; по словам дельфийцев, это женщина, выпекавшая хлеб для Креза. Наконец он пожертвовал ожерелья своей жены и ее пояс.

52. Таковы были дары Креза в Дельфы. Узнав о деяниях и судьбе Амфиарая, он послал ему золотой щит, золотое полновесное копье, в котором как древко, так и острие были целиком из золота. Еще в мое время оба эти пожертвования находились в Фивах, в храме Аполлона Исмения.

53. Тем лидийцам, которые довезли эти дары в храмы, Крез наказывал спросить оракулов, начинать ли ему войну с персами, и не должно ли ему соединить со своим какое‑нибудь другое войско. Придя к тем оракулам, к которым были посланы, лидийцы посвятили дары и потом вопросили оракулов в следующих выражениях: «Царь лидийцев и прочих народов Крез, почитая этих оракулов единственными у людей, присылает вам дары, достойные ваших изречений, и спрашивает вас, вести ли ему войну с персами и не соединиться ли с каким‑нибудь войском». Таков был вопрос их; ответы обоих оракулов были одинаковы, а именно: если Крез предпримет войну против персов, то он сокрушит обширное царство; кроме того, оракулы советовали найти могущественнейших из эллинов и заключить с ними союз.

54. Услышав данные оракулами ответы, Крез остался вполне доволен, рассчитывая «сокрушить царство» Кира. Он послал снова к пифийскому оракулу и, узнав количество дельфийцев, одарил каждого из них двумя золотыми монетами. В благодарность за это дельфийцы даровали Крезу и лидийцам на вечные времена преимущество перед всеми вопрошающими, свободу от дани, место в передних рядах на общественных празднествах; кроме того, каждому лидийцу предоставлено было право сделаться дельфийским гражданином.

55. Одарив дельфийцев, Крез обратился к оракулу в третий раз: он стал спрашивать его особенно часто после того, как убедился в его правдивости. На сей раз он вопрошал, долговечна ли его власть. Пифия на это отвечала:

56. Этому ответу Крез наиболее обрадовался, надеясь на то, что мул вместо человека никогда не будет царем лидийев; следовательно, ни он сам, ни дети его не потеряют власти. После этого царь старался узнать могущественнейших из эллинов с тем, чтобы войти с ними в дружбу. В поисках своих он открыл, что лакедемоняне и афиняне занимают первое место, одни в дорийском племени, другие в ионийском. Это были тогда главные племена. Ионяне издревле были пеласгийского происхождения*, дорийцы – эллинского. Первое из этих племен никогда не переселялось, другое странствовало очень долго. При царе Девкалионе дорийцы занимали область Фтиотиду, а при Доре, сыне Эллина, область, что у подножия Оссы и Олимпа, называвшуюся Гистиеотидой; потесненные кадмейцами из Гистиеотиды, они поселились у Пинда под именем македнов, впоследствии отсюда перешли в Дриопиду, а из Дриопиды наконец в Пелопоннес, где и названы были дорийцами.