Читаем История полностью

36. В это самое время на Мисийском Олимпе появился свирепый кабан; спускаясь с горы, он опустошал поля мисийцев. Много раз уже мисийцы выходили на зверя, но не причиняли ему никакого вреда, напротив, сами от него терпели. Наконец, к Крезу пришли посланцы от мисийцев с просьбой. «В нашей земле, царь, – сказали они, – появился огромный кабан, опустошающий наши поля; при всех усилиях мы не можем одолеть его. Теперь просим тебя, пошли к нам своего сына и избранных юношей с собаками, чтобы прогнать дикого зверя из нашей земли». Так просили они Креза, но царь, памятуя сновидение, сказал им: «О сыне моем больше и не вспоминайте; к вам не пошлю я его; он недавно женился и теперь занят супругой. Но я дам вам отборных лидийцев и всех моих охотничьих собак. И прикажу приложить всяческие старания к тому, чтобы вместе с вами прогнать зверя из вашей земли».

37. Таков был ответ Креза, и мисийцы остались довольны им. Но сын Креза слышал их просьбу и также пришел сюда. Так как отец отказался отпустить его вместе с мисийцами, то юноша обратился к отцу с такою речью: «Прежде, отец мой, лучшим и благороднейшим занятием моим было ходить на войну, охотиться и тем снискивать себе славу. Теперь ты удерживаешь меня от войны и охоты: ни трусость моя, ни малодушие не озабочивают тебя. Какими глазами глядеть мне теперь на людей, когда я иду на площадь или возвращаюсь оттуда? Что станут думать обо мне наши граждане? Каким покажусь я жене моей? Что за мужа имеет во мне, подумает она. Поэтому или отпусти меня на охоту, или докажи мне, что иначе поступать не следует».

38. Крез на это отвечал: «Я поступаю так, дитя мое, вовсе не из равнодушия к трусости в тебе или к какому иному недостатку, но потому что явившийся во сне призрак сказал мне, что ты недолговечен и что умрешь от железного копья. Во внимание к сновидению я ускорил твою свадьбу; удерживаю тебя от предприятий и принимаю всевозможные меры к тому, чтобы при моей жизни сохранить тебя невредимым; ведь ты единственный у меня сын; другого, лишенного слуха от рождения, я не считаю».

39. Юноша на это отвечал: «Тебе позволительно, отец, после такого сновидения оберегать меня. Но я осмелюсь сказать тебе, что кое – чего ты не постигаешь и в толковании сновидения заблуждаешься. По твоим же словам, сновидение предсказало мне смерть от железного копья, а разве у кабана есть руки или железное копье, которого следовало бы опасаться? Если бы сновидение сказало тебе, что я умру от зуба или от чего‑нибудь другого подобного, тогда ты должен был бы делать то, что делаешь теперь; между тем привидение сказало: «От копья». Поэтому отпусти меня: сражаться с людьми нам не предстоит».

40. «Сын мой, – заметил Крез, – этим объяснением сновидения ты отчасти убеждаешь меня; решение свое я изменяю и отпускаю тебя на охоту».

41. После этого Крез позвал к себе Адраста и сказал ему: «Когда несчастная доля постигла тебя, Адраст, я не укорял тебя, очистил, приютил в моем доме и доставляю тебе все нужное. Поэтому ты обязан заплатить мне добром за добро, содеянное для тебя раньше; я прошу тебя, береги моего сына, который отправляется теперь на охоту, как бы по дороге не напали на вас разбойники и не причинили бы ему какой беды. Помимо этого и тебе следует отправиться туда, где ты можешь отличиться: охота – исконное занятие в вашем роду, к тому же ты силен».

42. «При других обстоятельствах, – сказал Адраст, – я не пошел бы на такое дело; при моем несчастии не подобает идти в круг счастливых сверстников, и у меня нет к тому охоты; я воздерживался еще и по многим другим причинам. Но теперь, когда ты настаиваешь и мне необходимо угодить тебе, я обязан отплатить тебе добром, я готов сделать это, а сын твой, которого ты поручаешь мне, будь уверен, возвратится невредимым, насколько то зависит от его охранителя».

43. После такого ответа Крезу Адраст и Атис вышли в сопровождении отборных юношей и собак. Подойдя к горе Олимп и после поисков найдя зверя, они обступили его кольцом и метали в него копья. Тогда чужестранец, тот самый, который незадолго перед тем был очищен от убийства и носил имя Адраста, метнул копье, но попал не в кабана, а в сына Креза. Пораженный насмерть копьем, юноша, таким образом, оправдал предсказание призрака. Между тем кое‑кто побежал известить обо всем Креза и, придя в Сарды, рассказал царю об охоте и о смерти сына.

44. При известии о смерти сына Крез пришел в исступление, больше всего жалуясь на то, что убийцей сына оказался тот самый человек, которого он очистил. Тяжко удрученный несчастьем, Крез взывал к Зевсу Катарсию в свидетели того, что учинил ему гость, взывал к Зевсу Эфестию и Зевсу Этерию*, называя по имени одно и то же божество; Эфестия призывал он потому, что принял странника, убийцу сына, в дом свой и, ничего не предчувствуя, кормил его; Этерия потому, что отпустил сына вместе с чужеземцем, как с стражем его, а нашел в нем ненавистнейшего врага.