Читаем Истории московских улиц полностью

"Ты должен оставить свое уединение, - писал Остерман, - и явиться в Москву, не извиняйся отставкой: для истинных сынов отечества нет отставки; служение их продолжается до гроба. Не говорю, что ты должен был, в твои лета, принять должность при новом дворе, чтобы ты каждый день напяливал мундир на свои старые плечи и играл роль дневального придворного; нет, эта служба не по тебе. Но ты можешь служить иначе: советом, внушениями, связями, кабалистикой... Твое таинственное влияние на народ может умы и мнения расположить в нашу пользу, ты можешь и судьбу подговорить в наш заговор. Ты всемогущ не только на земле, но и на небе. Чего стоит тебе иногда, для пользы общественной, переставить одну звездочку на место другой! Мы восстановим своих девять, устроим по-прежнему, как в бывалые дни Петровы, свой совет на Сухаревой башне, не многочисленный, но избранный, бескорыстный, с одною целью поддержать создание великого преобразователя России. Ты должен явиться, или да будет тебе стыдно в будущем мире перед лицом бессмертного царя и нашего отца и благодетеля".

Большинство легенд Сухаревой башни так или иначе связаны с Брюсом. Они варьируют несколько сюжетов: об изготовлении им живой и мертвой воды эликсира вечной жизни, создании искусственного человека, полеты на построенном им железном орле. В.А.Гиляровский к этому традиционному перечню добавляет, что Брюс превращал свинец в золото.

В 1920-е годы краевед-фольклорист Е.З.Баранов записал бытовавшие среди московского простого люда легенды о Брюсе и Сухаревой башне. Особая ценность его записей заключается в том, что если все предыдущие литературные сведения об этих легендах ограничивались лишь сообщением об их темах и самым общим пересказом сюжета, то Баранов записывал полный текст рассказа, слово за словом. При некоторых записях Баранова есть указание, от кого и где она была сделана: "рассказывал рабочий-штукатур Егор Степанович Пахомов", "рассказывал... маляр Василий, фамилия его мне неизвестна; рассказ происходил в чайной "Низок" на Арбатской площади, за общим столом", "рассказывал в чайной неизвестный мне старик-рабочий", "...уличный торговец яблоками Павел Иванович Кузнецов", "...старик печник Егор Алексеевич, фамилию не знаю", "записано... от ломового извозчика Ивана Антоновича Калины". В записях Баранова представлены следующие легенды: "Брюс и вечные часы", "Как Брюс из старого человека молодого сделал", "Брюсовы чудеса", "Смерть Брюса", "Брюс и Петр Великий", "Как Брюс с царем поссорился", "Брюс и волшебная наука", "Брюс, Сухарев и Пушкин".

Легенды о Брюсе, рассказываемые в чайной на Арбате в 1924 году, сохранили сюжеты двухвековой давности. В одной легенде рассказывается о горничной, которую Брюс сделал из цветов. "Настоящая девушка была: комнату убирала, кофий подавала, только говорить не могла". Но Петр I не поверил, что она сделана из цветов. "Полно, - говорит, - зря языком трепать, мыслимое ли это дело?" - "Ну, - говорит Брюс, - смотри!" Вынул из головы служанки булавку, она вся рассыпалась цветами". В другой - как на глазах Петра Брюс превратил "старючего деда" в молодого парня. Записана была Барановым и упоминаемая фольклористами XIX века легенда об ученике Брюса, который должен был после смерти учителя сбрызнуть его живой водой - и оживить, но он этого не сделал, потому что, пока Брюс лежал мертвый, сошелся с его женой. Есть рассказ и о железном орле, по поводу которого рассказчик заметил: "А говорят, не знаю, правда ли, что нынешние аэропланы по Брюсовым чертежам сделаны. Будто профессор один отыскал эти самые чертежи. И будто писали об этом в газетах..."

Во многих легендах о Брюсе упоминается царь Петр I, и представлен он, как правило, не в лучшем свете. Это лишнее свидетельство старинной народной основы легенд, так как позже под влиянием официальной пропаганды появились псевдонародные истории о царе-преобразователе, изображающие его в героическом плане.

В легенде "Брюс и Петр Великий" рассказывается о том, как Брюс умел "отводить глаза": заставлять людей видеть то, чего нет, и не видеть того, что действительно находится перед глазами. Царь Петр, узнав об этом, пригласил Брюса в трактир, выпили они графинчик водочки, принялись за чай.

"Вот Петр за чаем и давай Брюса расхваливать:

- Это, - говорит, - ты умной штуки добился - глаза отводить. Это, говорит, - для войны хорошо будет. - И стал объяснять, как действовать этим отводом: - Это, примерно, идет на нас неприятель, а тут такой отвод глаз надо сделать, будто бегут на него каркадилы, свиньи, медведи и всякое зверье, а по небу летают крылатые кони. От этого неприятель в большой испуг придет, кинется бежать, а тут наша антиллерия и начнет угощать его из пушек. И выйдет так, что неприятелю конец придет, а у нас ни одного солдата не убьют.

Вот Брюс слушал, слушал, да и говорит:

- Тут мошенство, а честности нет.

А Петр спрашивает:

- Как так? Какое же тут мошенство?

А Брюс разъясняет: