В течение месяца я три раза посылал цветы в ее номер, скромно оставляя в записке лишь свое имя. Я рассыпался в комплиментах при каждом удобном случае, а в театре и ресторанах старался сесть рядом с ней. Мисс Стоун обожала меха. Собираясь на какой-нибудь вечер, она всегда брала с собой норковую накидку. Однажды Молли потеряла ее, очевидно, забыла в театре, и тогда я, не раздумывая, подарил ей новую. Я ловил ее взгляд, будто отчаявшийся, а она… почти всегда смотрела только на Дэна. Несомненно, он был красивее меня: более высокий, более статный. Но опускать руки пока не стоило. Я был убежден: мисс Стоун только присматривается к нам обоим, а значит, шансы еще есть.

— Когда мы с Сарой направлялись в Нью-Йорк, я и не предполагала, что все сложится так замечательно, — поделилась Молли во время нашего возвращения с танцев. Мы шли пешком. Ее бархатный голос опьянял меня сильнее, чем вино. Я мог бы слушать его вечно…

— Кажется, настала лучшая пора нашей жизни, Молли! — с улыбкой добавила мисс Роуз. — Я никогда еще не танцевала так много!

— И к этому у тебя явный талант! Что скажешь, Мартин?

Обращение Дэна я не услышал: в моей голове звучал голос Молли, ноги двигались, словно, сами собой, а взгляд остановился на ее профиле.

— Мартин… — протяжно окликнул меня Дэн.

— Да?

— Я спросил, правда, Сара отлично танцует?

— Разумеется. Ты была на высоте, — без лишнего восторга ответил я.

Она слегка смутилась.

— Приятно это слышать, Мартин! Но почему же тогда ты отказался танцевать со мной?

— Сегодня я немного перебрал вина, извини.

— Боюсь, это так. Ты уже пошатываешься, — Молли взяла меня под руку. Я нарочно прикинулся таким. Мне хотелось, чтобы она это сделала.

— Что ж, если Мартин пьян, значит, вечер прошел на славу! — рассмеялся Дэн. — Молли, давай я его поведу, так будет надежнее.

— Я не настолько пьян, Дэн. Не утруждайся! — мне ни в коем случае не хотелось отпускать ее руку.

* * *

Февраль закончился так же быстро, как и январь, но я по-прежнему молчал, не решаясь открыть ей мучавший меня секрет. Я, Дэн, Сара и Молли — мы все держались крайне сдержанно относительно своих чувств. Со стороны могло показаться, что нас объединяет только дружба. Даже мы сами думали именно так. Я хотел, но не мог заглянуть в их сердца, в ее сердце. Но уж в одном я был уверен точно: я безнадежно влюбился в Молли! Навсегда! Это была уже не симпатия, не страсть, о которой я знал абсолютно все, не увлечение… Это была любовь.

Глава шестая. Разочарование

Миновало ровно два месяца со дня нашего знакомства, однако за это время между мной и Молли не изменилось ровным счетом ничего. Ее поведение не выдавало никаких чувств, кроме искренней дружбы. Она относилась ко мне, как к брату, и это не давало мне покоя. Я находил сотни оправданий поведению Молли, упорно отвергая очевидное. Любовь затмевает разум, и даже умный человек становится совершенным глупцом под влиянием столь «сильного наркотика».

Мои попытки провести с ней хотя бы час в одном из приятных местечек Нью-Йорка терпели поражение. Нас всюду сопровождали Сара и Дэн. Это было невыносимо…

О приходе весны я узнал благодаря календарю, который Миа повесила на стене в кухне, ведь время для меня застыло. Дождь лил нескончаемо. То был самый дождливый март на моей памяти — мокрый и холодный, как октябрь.

Этим будничным утром я стоял у окна в гостиной, наблюдая серый, тоскливый вид города под нависшей над ним беспросветной пеленой. Именно в таких тонах я видел свое положение с мисс Стоун. Больше всего на свете я боялся получить от нее отказ. Одна только мысль об этом — и в моей груди все сжималось в болезненный ком. Именно поэтому я до сих пор хранил молчание.

— Сегодня у Молли просмотр в театре, — напомнил Дэн. — Комиссия будет оценивать ее актерские способности, — он посмотрел на часы. — Думаю, она уже там.

— Мне помнится, все было назначено на вторник, а сегодня только понедельник.

— Верно. Они решили перенести. Вчера вечером мне звонила Молли и сообщила об этом.

— Завтрак готов! — в гостиную заглянула служанка.

— Спасибо, Миа, мы уже идем, — ответил Дэн и направился к двери.

— Она позвонила тебе? — игнорируя сообщение о завтраке, я сосредоточил на друге свой раздосадованный взгляд.

— Да, я же сказал.

— Но почему именно тебе? — настаивал я.

— Откуда я знаю, Мартин! Какая разница, кому из нас она это сообщила? Сейчас мы оба в курсе событий.

Это определенно несло в себе пагубный для меня смысл. Под давлением дурных мыслей я принялся за завтрак.

— Миа, это великолепно! — произнес Дэн, с удовольствием смакуя первый кусочек. — Мясо просто отличное!

— Я рада, что Вам нравится, сэр! Сейчас подам кофе.

— Мартин, ты чем-то озадачен?

— Немного беспокоюсь о Молли, — солгал я. — Она, верно, нервничает. Подготовка к просмотру отняла у нее столько сил…

— Несомненно. Но она умница, а потому я почти уверен: Молли справится! Мне кажется, она была готова к этому всю свою жизнь. Кто, как не она, достоин играть на сцене?

Я молча кивнул, так как мой рот был занят салатом.