Читаем Исповедь четырех полностью

[17:03:02] Умка > А мне не жалко. Когда я начинала этим всем заниматься, у меня вообще не было мыслей о том, что я когда-то буду вот прям так как большая выходить на сцену, брать микрофон и орать, и настоящие музыканты будут со мной играть, и народ в зале будет с ума сходить. Это невероятное человеческое счастье, что все-таки оно получилось. Кого же жалко? Я, например, вовсе не мечтаю собирать стадионы. Я не могу представить себе стадион «наших людей», для этого нужна, не знаю, целая революция, чтобы их вдруг стали тысячи. Зато я смотрю в зал и вижу: все свои.

…

[17:05:33] Умка > Свои — это те, кто понимает, что мы хотим сказать. Их довольно много, но не стадионы.

[17:05:50] бучч > А как вы понимаете, что они поняли то, что вы хотели сказать?

[17:06:04] Умка > Смешно сказать, но, наверное, по глазам.

[17:06:09] бучч > Ок

[17:06:12] бучч > Тогда…

[17:09:05] бучч > да, это точно не секс по Интернету.

Какой уж тут секс по интернету, когда от меня уже затребовали после окончания прислать текст нашего чата для прочтения.

И вообще ситуация больше всего напоминапа, как если бы мы были два слепца, которые стоят напротив и опасливо ощупывают пространство перед собой, стучат палочкой об палочку, чтобы не попасть впросак. Аня при этом писала так, что даже опечаток не делала. Вот они, ее монолиты:

«Я хочу сказать, что жизнь одна и неохота тратить ее на достижение некоего уровня материального достатка. Разве не так? Звучит чересчур красиво, а на самом деле чистый разумный эгоизм. Просто себе дороже заниматься чем-то не так, как хочется, а так, как положено».

«В мои сознательные цели не входит всесоюзный психоз а-ля Земфира, тем более что это всегда ненадолго».

«На компромиссы я тоже могу (пойти), как выяснилось. Но задницу подставлять не буду».

«И если нашу телегу с помощью радио навязать сверху той части публики, которая без ротации не повелась бы, у нас просто станет больше народу на концертах, мы не сможем играть в наших любимых клубах, а придется брать какие-то огромные ДК с херовым звуком, цирки, стадионы, пойдут косяками глупые девочки с тетрадочками для автографов, где на этой странице расписался Рома Зверь, а на той — Николай Басков, ну и на хрена мне такое счастье?»

«Рок-н-ролл как главное и лучшее, что существует во вселенной и помогает жить, то есть чувствовать свое бессмертие».

Когда-то, пару лет назад, мои приятели рассказывали мне, что есть такая певица Умка. И что вот ее диск, на, дарим тебе, слушай. Диск был как диск. Песни были записаны таким образом, что трудно было разобрать слова. Мне тоже про мою первую пластинку говорили, что тексты тише инструментов, а мне казалось, что только так и круто. В общем, слушаю я ту пластинку, а на ней есть песня «Шоу-бизнес». Слова я разбираю с трудом, как уже было сказано. И наконец понимаю, что слова «прокозлиться» и «обосраться» мне вовсе не кажутся, а именно их и поют. «Как бы нам исхитриться, чтобы не прокозлиться, шоу-бизнес» и «Как бы нам расстараться, чтобы не обосраться, шоу-бизнес». Помимо того, что это рисовало представления артиста Умки о шоу-бизнесе, не сильно далекие от реальности, прямо скажем, это вызывало вопросы. Мне тут же рассказали, что народу на концерты ходит много, и когда у зрителей нету денег, Умка их запускает, типа, бесплатно. Вот уж сказки, подумалось мне тогда.

Чат продолжался.

[17:38:11] Умка > Цена минимальная. Я сторонник демпинга, жесткого. Чтобы каждый студент или маленький хиппи мог спокойно купить билет или хотя бы нааскать на него 100–200 рублей.

[17:38:30] бучч > А что такое «нааскать на него»?

[17:38:43] Умка > Ну, денег нааскать, наклянчить у окружающих то есть.

[17:38:57] бучч > Вот что как раз, по-моему, унизительно.