А что было после бенефиса, Ира не помнит. Поздравлять звезду начали задолго до бенефиса, она была в такой эйфории, что нарезалась еще до начала концерта.

Глава шестая

Страшная сказка. Преимущественно от первого лица

Когда был напечатан мой дневник и его даже расхватали с полок в книжных магазинах, стали на меня сыпаться вопросы, а где же про личную жизнь в дневнике, а почему ты про самое интересное ничего не пишешь. А потому что я огораживаю себя стеклянным зверинцем, нет, этим, железным занавесом. И вот, когда пишу о других, у меня появляется возможность хорошенько порыться в их личной жизни.

По-моему, закон сохранения энергии на бытовом уровне звучит примерно так: если где-то что-то прибыло, значит, где-то убудет. Вокругбенефисная жизнь Ирины Богушевской полностью соответствовала этому закону. С одной стороны, творческая жизнь бурлила и щедро вознаграждала, а вот в личной все рушилось. Ирина и Алексей расставались, и это была не одноактная пьеса, а длинный и мучительный процесс.

Я: А он был инициатором?

Ирина: Ну, мы оба. Нам обоим было достаточно фигово в этом браке. Просто почему-то именно в тот момент он решил набраться смелости и сказать, что это надо все заканчивать, т. е. буквально на следующий день после этих всех событий. И у меня началась на нервной почве какая-то дикая чесотка на глазах. Такая, что они отекали, опухали, чесались так, что их нельзя было красить, а мне все время надо было сниматься, где-то показываться, интервью и всякое такое, быть на людях. Вот эту я помню удивительную свою проблему, что какие-то я покупала мази, мазала все время, потом ночью плакала, утром просыпалась и по кругу.

И хотя оба уже понимали, что семейная жизнь закончена, окончательный разрыв все оттягивался.

Я: Социальный статус — «одна с ребенком» называется?

Ирина: Да, конечно, «кому я теперь буду нужна» это называется. Социальный статус — «кому я теперь нужна одна с ребенком».

Я: А долго эта свистопляска вашего расхождения продолжалась?

Ирина: Да, она долго продолжалась, потому что нам очень хотелось обоим и разойтись, и как-то не расходиться, как-то все так поменять, чтобы ничего не изменить.