Читаем Испанский сон полностью

– Но я уже и так подошел к самой сути, – сказал Корней и очередной раз отхлебнул из горла. – Встреча моя с резидентом была назначена непосредственно на производстве. В накладной бороде я пробрался к условленному месту, и меня отвели в большущий подвал. Здесь я нашел множество станков, на которых производились табачные изделия – «Marlboro», «L&M» и так далее, – очень похожие на свои зарубежные оригиналы. Яркий свет заливал помещение; на станках работали только женщины, и из-за жары, создаваемой мощными лампами, все они были почти полностью обнажены.

Мы с моим провожатым, идя вдоль станков, уже почти достигли ожидающего меня кабинета, как вдруг сзади послышались крики, которые привлекли мое внимание. Я обернулся и увидел драку. Группа полуголых работниц сражалась на ножах с другой такой же группой; я увидел, как брызнула кровь… Дюжие охранники подбежали к драчуньям и, раздавая удары во все стороны, не без труда прекратили инцидент, а одну из работниц, видимо зачинщицу драки, поволокли по бетонному полу за волосы. Плохо уложенный бетон обдирал нежную кожу несчастной; две полосы крови тянулись за ней. Это было ужасно. Эта картина стояла перед моими глазами все то время, пока я давал инструкции, и позже, во время плова (очень жирного, кстати), а также посещения сауны; и даже в поезде, возвращаясь в Москву, я все еще продолжал оставаться под впечатлением от увиденного.

Конечно, я не мог не разделить это впечатление с Ольгой. Она выслушала меня не перебивая; я рассказывал, глядя куда-то в сторону, а когда наконец посмотрел на нее, то увидел, что глаза ее полны слез. Я оторопел. Это было так не похоже на Ольгу. Я никогда не видел, чтобы она плакала, и даже не представлял себе такого.

«Почему ты плачешь, – спросил я, – тебе жаль эту девушку, да?»

«В некотором роде, – ответила Ольга; – это напомнило мне другую историю. Дело в том, что когда-то на месте этой девушки я была сама».

«Как это?»

«Именно с этого началось мое восхождение».

«Расскажи».

«Изволь, – сказала Ольга и закурила. – Я была простой девушкой и работала на такой же фабрике, только обычной – не подпольной, я имею в виду.

Работа была тяжелой, однообразной и вредной. Мы – работницы – уходили от действительности с помощью выпивки и наркотиков. Часто возникали перебранки и ссоры, а однажды вспыхнула большая драка. Я была молода, но уже была по характеру той, какой ты меня знаешь сейчас; неудивительно, что именно я оказалась зачинщицей этой драки».

«А какова, – спросил я, – была причина драки?»

«Я уже не помню, – сказала Ольга, – но дело не в этом; отношения были настолько натянутыми, что большая драка могла возникнуть из-за любой ерунды».

«Что было дальше?»

«Было то же самое, что ты видел и ты. Вбежала военизированная охрана, нас разогнали слезоточивым газом и брандспойтами, а меня схватили и потащили из цеха – ну, так же, как и ту девицу».

При последних словах Ольга подняла свои прекрасные ноги и поднесла колени к самым моим глазам, и я снова, как в первый день нашего романа, разглядел на этих любимых мною коленях застарелые округлые шрамы. Надо сказать, что после того первого дня я и не вспоминал о них. Они были такими аккуратными, почти незаметными… Мне прежде и в голову не могло прийти, что это следы от грубого бетонного наждака.

«А потом?» – спросил я, поцеловав их по очереди.

«Потом охранник надел на меня наручники и повез на машине в участок».

«Как? За драку – наручники?»

«Не совсем за драку. Во-первых, я оказывала сопротивление охранникам, а во-вторых, кого-то все-таки замочила. Я не помню; я была очень разгорячена дракой. Я была молода», – добавила Ольга и запустила руку к себе в трусики.

«Ясно», – сказал я, следя за ее рукой.

«Пока мы ехали, я сказала этому парню:

“Посмотри на меня, дорогой, и сравни со своей женой – настоящей или будущей. Посмотри, как я могу”, – с этими словами я сделала так же, как делаю сейчас», – и Ольга достала из трусиков палец и медленно провела им себе от носа до подбородка. При этом движении она слегка зацепила пальцем свою нижнюю губу, и рот ее чувственно приоткрылся.

Я почувствовал ее запах и свое возбуждение. Мне захотелось ее.

«Я сделала так, – продолжала Ольга, – что ему захотелось меня. Он повез меня не в участок, а в лес, и мы до вечера трахались в его милицейской машине. Рассказать тебе, как мы трахались?»

«Боюсь, нет, – сказал я, – мне сложно будет это выдержать, не приближаясь к тебе».

«Ну и правильно, – сказала Ольга, – тем более что ничего особенно интересного не было. Движения наши были очень просты. Никаких фокусов из тех, что показывают в кино… даже не знаю, чем тебя порадовать… Разве что, – добавила она, – кончая, он забился в кайфе всеми своими конечностями и случайно включил сирену, и это меня позабавило».

«Понимаю. А что было потом?»

«Потом, то есть когда он наконец опомнился, то первым делом испугался, что не выполнил приказ начальства и что ему за это будет нагоняй. И я посоветовала ему не брать это в голову, забыть всю свою прежнюю жизнь и затеять вместе со мной что-нибудь новенькое».