Огромный букет был доставлен от Эйлин Пикок и всех прочих; и еще один чуть позже принесли от Блейка. Карен все еще была слаба, но у нее хватило сил, чтобы левой рукой пожать руку Джо и сказать ему несколько бессвязных слов.

В четыре часа сестра детского отделения сообщила, что Джека можно забрать из больницы. Сначала Джо подумал, не сводить ли его перед уходом к Карен, но потом решил, что вид матери со всеми подведенными к ней трубками может оказаться для мальчика слишком тяжелым испытанием. Нет, он приведет сына завтра, когда ей станет лучше.

С помощью сестры он надел на Джека тенниску, пуловер и джинсы, которые принес с собой, и взял мальчика на руки, чтобы отнести в машину. Однако Джек запротестовал и сказал, что хочет идти сам. Джо опустил его на пол. Джек подошел к соседней койке и попрощался с лежавшим на ней мальчиком, затем взял отца за руку, и они вышли из палаты.

Дома Джек тотчас же вытащил свою коробку с красками и устроился рисовать на кухонном столе.

– Папа, – сказал он вдруг, – тот мальчик на соседней койке умирает.

Джо изумленно посмотрел на него:

– Он сам тебе это сказал?

Джек с серьезным видом кивнул.

– Ты ведь можешь оживлять людей, правда?

Джо нахмурился:

– Это мама тебе так сказала?

Джек смутился. Он медленно провел указательным пальцем по столешнице.

– Я проголодался. Может, позавтракаем?

Джо с облегчением вздохнул, но тут же задумался: откуда у мальчика интерес к проблеме смерти?

– Что бы ты хотел на завтрак? – спросил он у сына.

Джек лизнул кончик кисточки.

– Пиццу.

Это означало, что надо лезть в морозильник, что вызвало у Джо приступ тошноты, но он ответил:

– Пиццу так пиццу. Только сначала я проверю, какие были звонки.

Он подошел к автоответчику и нажал кнопку. Сначала шла запись голоса Блейка, который просил позвонить ему и сообщить, как дела у Карен и Джека. Затем – жены одного университетского преподавателя, которая спрашивала, сможет ли он прийти в субботу на обед. Далее следовало сообщение от Тони Смита, дежурного инженера по системам дорожной сигнализации.

Джо прибавил звук.

«Э… это сообщение для профессора Мессенджера от Тони Смита из дорожного управления. Пятница, три пятнадцать дня. Мы получили результаты проверки линии компьютера раньше, чем предполагали. Думаю, они вас очень заинтересуют, профессор. Не могли бы вы позвонить мне?»

Трубку сняли после третьего сигнала.

– Простите, сэр, с кем конкретно вы хотели бы поговорить? – спросили на том конце провода.

– С Тони Смитом.

– Минуточку.

Джо услышал несколько сигналов, потом длинный гудок, затем молчание. Примерно через минуту снова подключился оператор:

– Сожалею, сэр, мистер Смит уехал на уик-энд. Вам придется позвонить в понедельник.

Затем раздался щелчок, и линия отключилась.

55

– Фу, какая гадость!

Это было вечером в субботу. Плотная завеса дыма колыхалась под потолком кухни. Джо сосал костяшку большого пальца, которую обжег о горячую сковородку.

– Это же омлет! – проворчал он. – Ты сам его просил.

– Омлет вкусный, когда его готовит мама. А этот просто гадость.

Джо схватил вилку Джека и набил рот кусками омлета.

– А мне вот не кажется, что это гадость, – заявил он. – По-моему, это мерзость.

Джек восторженно взвизгнул и захохотал.

– Будем есть мерзость!

Мальчик отхватил огромный кусок омлета и съел его с явным удовольствием.

– Ням-ням! Мерзость!

Джо ухмыльнулся, довольный, что Джек снова улыбается. Очень мрачными были те двадцать четыре часа, в течение которых Джек был тих и замкнут. Еще хуже получилось, когда они пришли в больницу и Джек отказался подойти к Карен. К счастью, она была настолько оглушена болеутоляющими средствами, что не заметила его реакции.

Одна из сестер объяснила, что такое иногда случается – когда ребенок отвергает саму возможность, что с его родителями может что-то случиться. Через несколько дней он справится с этим, и все будет нормально.

Настроение Джека в тот вечер не поднялось, даже когда к ним заглянул Блейк со своей знойной подружкой Нико, которую он приводил на день рождения Карен, и катал Джека на своем новом черном «феррари».

Уложив сына спать, Джо налил в стакан «Джеймисон» и направился в кабинет. Он загорелся было идеей найти номер домашнего телефона Тони Смита, инженера по компьютеризованным системам дорожной сигнализации, но поостыл, обнаружив в телефонной книге десять страниц Смитов, при этом половину их под буквами «Э» (Энтони) или «Т» (Тони).

Усевшись в кресло, Джо позванивал кубиками льда в своем стакане. Он был обеспокоен и пытался продумать свои действия на ход вперед. Теперь он знал, что борется не с конденсацией и не с обычным компьютерным хулиганом. Хотя Джо все еще не мог понять, каким образом злоумышленник узнал, что Карен собирается нарушить свой обычный распорядок и поехать через этот перекресток.

Обычно АРХИВ постоянно принимал информацию с установленных в доме камер и микрофонов, но после истории с похоронным извещением Джо перепрограммировал АРХИВ, выключив все эти источники сведений.