Читаем Искупление полностью

Катрин показалось, что в словах послышалась угроза, и дрожащей рукой она подняла бокал. Вино в нем заколыхалось в такт ее дрожи. Девушка поднесла его к губам, сделала два небольших глотка и поставила обратно рядом с собой. Тем временем Джаред начал приходить в норму и через несколько минут уже в более спокойной обстановке он поднялся и, обойдя стол, подошел к ней сзади. Катрин закрыла глаза и старалась не двигаться, но он только дотронулся до ее плеч, пытаясь успокоить.

– Расслабься, я не хочу, чтобы ты меня боялась. Я же с тобою нежен, и мне не нравится, когда в твою голову лезут нехорошие мысли. Хочешь, мы выйдем на улицу чуть позже. Этой зимой такое звездное небо.

Ей стало страшно.

– Зачем? – выдавила она из себя.

Он прекрасно понял ее вопрос, но сдержался из последних сил. Сегодня ему просто хотелось провести с ней вечер.

– Как зачем? Тебе, наверное, надоело сидеть взаперти. Хотя ты недавно прогулялась… Ну если не хочешь, не пойдем. Ты мне просто скажи. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя рабыней… хоть это и непросто.

– Мне было бы легче, если бы ты снова открыл окно. Робко пробормотала девушка.

– Я что-нибудь придумаю.

Доброе выражение вернулось на его лицо, будто и не исчезало.

– Выпей еще, – указал он на вино. – Тебе нужно расслабиться. Джаред протянул руку и легонько коснулся ее щеки, вытирая следы от недавних слез.

– Хорошо, – девушка согласно кивнула. Ей тоже больше не хотелось заводить эту тему.

Она допила бокал, мужчина подлил еще, но уже не настаивал на том, чтобы она пила. Они просидели так пару часов, особо ни о чем не разговаривая. Иногда он задавал ей вопросы, на которые она отвечала, из этого и состояла их беседа. Ужин подходил к концу, огонь в печи догорал, и свет становился все более блеклым. Джаред встал и подкинул еще немного дров.

– Ну что, так и не надумала прогуляться?

Катрин была в сомнениях, ей было уже не так страшно, но после недавнего происшествия на улицу хотелось не так сильно, как раньше.

– Как знаешь. – Он начал одеваться. – Я скоро вернусь. Веди себя хорошо. Я тебя не буду привязывать, не забывай – я рядом. Будь напротив двери, когда я приду.

Он вышел на улицу, закурил и снова взглянул в небо, так же как и сегодня днем. Звезд на нем и вправду не счесть, словно бриллиантами осыпано. «Нужно будет как-нибудь вытащить ее из дома», – пронеслось в мыслях. Он все реже задумывался о том, что будет дальше, совершенно не хотелось забивать себе голову.

Ночь Джаред и Катрин провели вместе, но в этот раз ничего не было – они просто лежали рядом. Катрин заснула под утро, хотя всю ночь делала вид, что спит, реснички ее дергались, но девушка надеялась, что он не заметит. Ей не хотелось ни близости, ни его объятий, слишком высока была плата его нежности. У девушки никак не выходили мысли из головы о тех, кому повезло меньше, – сколько их было, кто они, и наконец, главный вопрос, долго ли ей самой оставалось ждать завершения этой игры. Она прекрасно понимала – ее жизнь зависит лишь от его прихоти. Зубы периодически стискивались от таких мыслей, сейчас ей и вправду захотелось, чтобы в руках у нее оказался нож. От переживаний девушка резко открыла глаза и повернулась к нему – он спал, его лицо было таким спокойным, излучало незримую мягкость, в эти секунды невозможно было поверить, кто на самом деле находится перед ее глазами, но дьявол ведь тоже когда-то был ангелом… Катрин смотрела на него несколько минут, надеясь, что он не проснется и не встретится с ней взглядом, ей не хотелось рушить и без того хрупкую картину спокойствия. Девушка вернулась в прежнее положение и вскоре уснула.

Офицер долго сидел за своим столом, разложив на нем оба дела. Он не питал надежды связать их воедино, в них не было очевидных совпадений, помимо темного времени суток и машины, точнее, ее силуэта, похожего в обоих случаях, но тем не менее проверить стоило. В ближайшие его планы входило: провести повторный опрос свидетеля по предыдущему делу и сделать запрос по делам, в которых могла фигурировать похожая машина. Начать он решил с первого. Свидетелем являлся некий Эдвин Горс – подросток шестнадцати лет, с некоторыми дефектами. Данный факт опечалил полицейских, но, тем не менее, они надеялись получить от него хоть какую-то ценную информацию. Прошло уже около семи месяцев, не слишком много, но вполне достаточно для того, чтобы воспоминания в голове могли исказиться.