Читаем Исход полностью

У себя в городище врыли они столбы в землю, привязали к ним спасённых манов да к каждому из них приставили по наставнику. Мальчика-мана назвали Малу, а девочку – Бану. Кормили и дрессировали их Атун и Шатур. И уже через три месяца окрепшие детёныши радостным трубным гласом встречали своих воспитателей и друзей, а ещё через полгода научились выполнять простые команды, которые давали им поводыри. Повзрослевшие маны здорово облегчили жизнь ганишам, перетаскивая к городищу сваленные стволы деревьев, огромные вязанки хвороста для костра, да и просто порой веселили людей, особенно детишек, так как привязались они друг к другу и жили без обид. Через тысячи лет, когда маны севера Срединного континента вымрут от холода и голода, ганиши уведут на юг в более тёплые края сотни спасённых прирученных манов.

А вот керумы считали манов обычными объектами охоты. На тропах, где мигрировали эти животные, они рыли искусно замаскированные ямы-ловушки и потом добивали пиками и камнями попавшихся в них бедолаг. На этой почве между ганишами, почитавшими этих животных, и керумами стали происходить частые раздоры и стычки. Правда, русены эти ссоры быстро гасили, не давая им перерасти в кровавые драки. У русенов к тому времени был уже целый табун прирученных лошей, рослых, красивых, быстрых и преданных хозяину животных. И русены поделились ими с керумами, взяв с них слово, что манов они трогать больше не будут.

Да, люди теперь с помощью лошей могли совершать длинные переходы, ведя разведку новых земель. И они постепенно изучили местность на многие вёрсты вокруг. Чуть ли не каждая изба охранялась верными собами, ставшими и преданными друзьями людей, и незаменимыми помощниками при охоте. Избы русенов стояли цепочкой вдоль высокого берега реки и хорошо обдувались ветром от гнуса. Двери и окна на ночь занавешивались полотнищами из домотканых холстин, так что детей малых кровососы не донимали.

Одежду: длинные рубахи и портки русены шили из более тонко сделанной ткани, довольно прочной и ноской, и уже тогда появился замысловатый орна-мент на воротах и рукавах рубах. В них угадывались и цветы, и животные, и растительность, с которыми люди сталкивались каждый день. Земляные полы изб в летнюю жару давали прохладу, а зимой, хотя зимы и были мягкими в те времена, настилали на полы шкуры зверей, добытых на охоте. Русены помнили наставления их отца небесного, Свара. Их оружие: мечи, пики и луки со стрелами всегда было готово к действию. Не ленились они хоть раз в неделю тренировать свои руки, глаза и тела в потешных ристалищах. А в праздничные дни устраивали и нешуточные кулачные бои, правда, до первой крови. При этом у них, в отличие от ганишей и керумов, в ристалищах могли участвовать и девушки смелые да крепкие. А вот керумы и особенно ганиши не слишком усердствовали в совершенствовании воинского искусства, и на общих праздниках воины-русены неизменно побеждали в учебных боях своих соперников из других племён.

Однажды Ольна, памятуя о словах Пера, с десятью всадниками предприняла большой поход на юго-запад от их городища. Русены скакали так, чтобы вечерний Ярило всё время светил им в правый глаз.

Целую неделю скакали они через открытую степь, продирались через непролазные чащи, переплавлялись через многие речки и ручьи, останавли-ваясь только на ночлег. При этом делали они по пути то зарубки на деревьях, то козлы составляли из жердин, помечая дорогу, чтобы не сбиться с пути, возвращаясь назад. И когда на горизонте наконец-то показались увалистые вершины гор Каменного пояса, Ольна снова с благодарностью вспомнила своего мужа и Учителя. Он никогда не обманывал её. Он мог промолчать и не ответить на какой-то её вопрос, но обманывать её – нет!

Предгорья древнего хребта, действительно, радовали глаз обилием лесов, наличием грибов, брусники, дичи пернатой и шерстистой. Правда, земля, которую мяла в руках старейшина, в нескольких местах была не такая жирная, как в долине Оо, зато и не заливало её неожиданными разливами, как в пойме реки. Хорош тут был и кедрач. Русены уже научились давить из кедровых орешек пахучее вкусное масло, на котором любая пища готовилась споро и становилась лакомством. Здесь же впервые русены столкнулись с дубравами, в которых паслись непуганые ещё вепри. Но царицей местных лесов была всё-таки лиственница. Эти деревья достигали здесь огромной высоты, были на удивление стройными и ветвились только ближе к вершине. Русены ценили это дерево за прочность, за то, что оно не поддавалось гниению, и многие избы, мосты-помосты и гати через топкие места они строили именно из неё.

Путь к Каменному поясу был теперь знаком, и назад разведчики добрались на целый день раньше.

ГЛАВА 2.