Читаем Иоанн Кронштадтский полностью

Дом трудолюбия объединил в единое целое создававшиеся на протяжении ряда лет социальные, благотворительные и общепросветительские учреждения: разнообразные мастерские и народную столовую; ночлежный приют и приют для малолетних; аптеку и амбулаторную лечебницу; начальное народное училище и читальню; публичную общедоступную библиотеку для взрослых и для детей; воскресную школу для детей и взрослых; убежище для сирот и дневное пристанище для приходящих детей; огороды и летний загородный дом милосердия, дом Андреевского приходского попечительства^[128]. В 1888 году был построен трехэтажный каменный ночлежный приют, а в 1891 году — четырехэтажный каменный странноприимный дом.

Дом трудолюбия стал гордостью отца Иоанна. В его сохранившихся письмах родным и знакомым мы можем найти нередкие упоминания о напряженной деятельности Дома, об участии в его делах отца Иоанна. Вот он пишет в октябре 1882 года одному из племянников — Е. В. Фиделину: «Дом трудолюбия освящен и находится в действии. По воскресным дням в нем бывают народные чтения, народу ходит бездна, до духоты. Читал и я один раз. Буду по временам продолжать». Но конечно же участвовать в жизни Дома пришлось не «по временам», а регулярно. А когда при Доме в 1886 году была устроена церковь во имя святого благоверного князя Александра Невского, то он служил в ней.

Ежегодные общие расходы на содержание Дома составляли около 40 тысяч рублей. Эти средства формировались исключительно попечением отца Иоанна. У него была целая программа «добычи» денег: обращения к государю и представителям «высшего света», к высокопоставленным чиновникам и кронштадтским властям, к монастырям и храмам, рядовым членам Церкви, сборы средств во время поездок по стране. К каждой из категорий потенциальных жертвователей Иоанн умел найти нужные слова, привести примеры, указать цели использования средств. За 20 лет существования Дома Иоанн внес на его нужды более 700 тысяч рублей.

В начале XX века Дом трудолюбия оценивался более чем в один миллион рублей^[129]. И это без тех ценностей, что постепенно скопились в Доме. Один из посетителей, осмотрев Дом, восхищенно писал: «В храме Дома трудолюбия особенно поразила нас ризница. Святых сосудов мы насчитали более десяти. Все они отличались ценностью и изяществом работы… Я, вероятно, не ошибусь, если скажу, что едва ли есть еще какая другая домовая церковь в целой России, где была бы такая ризница. Ризы были парчовые, бархатные и шелковые. Нам показывали такие ризы, из которых каждая по стоимости превышала тысячу рублей. Были, кажется, в три тысячи и более. Оплечья одних были богато расшиты золотом, других — убраны жемчугом и каменьями, третьих — ценными иконами, четвертых — художественно разрисованы. Одна риза была сделана в Японии из тончайшего шелка, отделанная чудесными и дорогими кружевами… Это — дар бывшего моряка, несколько раз объехавшего всю землю. В ризнице показали нам громадных размеров сундук, наполненный ценными подношениями о. Иоанну. Это были не церковные все предметы, а предметы или роскоши, или вещи, необходимые в домашнем употреблении. Какая их была масса! Они сложены были без всякого порядка и без малейшей бережливости. Об употреблении их не могло быть и речи. Под церковью в небольшой комнате, где после богослужений переодевался Иоанн, нам показали много самого тонкого, дорогого, разнообразного белья. Все это были щедрые дары его почитателей. Нам говорили, что у о. Иоанна так много ряс, что он мог бы каждый день надевать новую рясу. Некоторые из его почитателей умоляют его хотя однажды надеть на себя их щедрый дар».

Не меньшее впечатление производил и кабинет Иоанна в Доме трудолюбия, которым он почти и не пользовался, — мрамор, бронза, дорогие картины, роскошные портьеры, чудная мебель, прекрасные зеркала, великолепные ковры.

По завершении строительства Дом трудолюбия стал не только центром социально-благотворительной деятельности Иоанна Сергиева, но и объектом посещения и показа практически для всех официальных (церковных и светских) делегаций, посещавших Кронштадт. Здесь же стало традицией проводить торжественные приемы и мероприятия, связанные с жизнью православной церкви и города Кронштадта.

Например, в августе 1896 года в Кронштадт приезжала делегация из сорока человек из Галиции. Гости вместе с Иоанном Сергиевым посетили Католическое кладбище, где был захоронен галицко-русский общественный деятель и меценат, публицист и юрист — Михаил Алексеевич Качковский. Он скончался в Кронштадте во время путешествия по России. На его могиле, где членами Петербургского славянского благотворительного общества был поставлен памятник, отслужена панихида.