Читаем Институт полностью

- А почему не примет - тут же ясно видно, что это чистая наука и поправки к уже раз посланной статье, а не какая-нибудь посторонняя переписка. Пусть сразу и отправляет. Какие еще визы нужны?

Игорь начал слегка заводиться, не переходя, впрочем, границ приличия.

- Послушайте, есть же раз и навсегда установленные правила! Что бы там у меня ни было и как бы это ни было ясно, для отправки факса за рубеж требуется виза от того, кто эту отправку разрешает. Она фиксируется в журнале операторшей. Раньше визу ставил первый отдел, но нам на институтском собрании объявили, что теперь виза должна быть вашей. Я и действую согласно правилам. Не понимаю, почему такое простое дело требует какого-то дополнительного обсуждения!

- То есть вы хотите сказать, что моя виза нужна не только на всякие там переписки, приглашения и контакты с зарубежом по серьезным делам, но и на чисто научные послания, в которых я просто по определению ничего не понимаю? Вы еще мне скажите, что на новогодние поздравления тоже мое разрешение требуется! Кто такую чушь придумал?

Игорь остолбенел.

- Как это кто придумал? Вы и придумали! То есть, я не вас лично имею в виду, а ваше, так сказать, ведомство. Так всегда было. Во всяком случае, я другого не помню. И везде так. Есть виза - можно слать. Хоть науку, хоть поздравление с Новым Годом, хоть еще что.

- Вы что, серьезно?

- Куда уж серьезнее! Так что подписывайте поскорее, а то я и по факсу опоздаю, чем нанесу ущерб пропаганде достижений советской науки в зарубежных журналах.

Рогов совершенно сомнамбулически поставил свою подпись в заботливо указанной игоревым пальцем графе, и уже идя к двери с оформленной по всем правилам бумаге, Игорь все чувствовал спиной ошеломленный и даже какой-то несколько обиженный взгляд нового начальника по режиму, который на знакомых Игорю режимников уж очень не походил. Так что пока Игорь ждал в очереди на факс, а потом и подтверждения того, что факс отправлен и к адресату прошел, у него была возможность поразмышлять о такой странной реакции Рогова на самое обычное дело. Вполне разумная гипотеза, базировавшаяся на том, что было известно в Институте о прошлом нового комитетчика, сформулировалась довольно быстро.

- Конечно, - думал Игорь, - гебешник он и есть гебешник, но учили-то его всем гебешным ценностям и манерам чуть не четверть века назад, так что базисные установки, естественно, вросли в сознание и даже в подсознание навсегда. Но вот после этого ждали только полезных донесений, пока пахал он шпионом на благо Родины в условиях относительной демократии, к которой и привык как к нормальной среде обитания, поскольку подпитки отечественными правилами не проводили за их ненужностью в его латиноамериканской пампе или сельве. Кем бы он там ни был – но уж точно не безработным и не люмпеном, иначе как до нужных секретов доберешься - а для бизнесмена или чиновника и факс, и, скажем, международные телефонные переговоры это повседневная реальность, и, небось, никто и никогда у него разрешений на такие дела не спрашивал, равно как и ему в таких мелочах ни от кого зависеть не приходилось. Вот он и привык. И считает, что так и надо. А к нашим порядкам пока не обвыкся. И удивляется тому, что для всех, по двадцать лет по разным там сальвадорам с аргентинами не мотавшихся, совершенно обычно и естественно. Так, наверное, и под какой-нибудь аргентинский гимн автоматически вскакивал, а к нашему еще прислушивается, пока сообразит, что делать. Скорее всего, так оно и есть. Так что непросто ему будет в течение переходного периода. Но, скорее всего, привыкнет. Да и вышестоящие начальники мозги ему быстро откомпостируют.

IV

Естественно, не только Игорь, но и многие другие начали появляться в роговском кабинете достаточно часто. Во всяком случае, намного чаще, чем, похоже, Рогову хотелось бы. И появления их были, как правило, связаны с такими же мелкими и дурацкими проблемами, как та, что положила начало его знакомству с Игорем. Подписать факс, дать разрешение на телефонный звонок в куда-то там, одобрить прием на дому иностранного специалиста с женой, разрешить переселить недавно приехавшего из откуда-то там визитера из гостиницы, куда его определило на постой Министерство и откуда ему до работы полтора часа в один конец, в гостиницу поближе, и так далее. Каждый может этот джентльменский набор продолжить, куда ему хочется… И хотя, скорее всего, вышестоящее начальство компостировало роговские мозги с той же, если не с большей интенсивностью, что и мозги всего остального населения великого и могучего Советского Союза, но вакцинация, полученная Роговым в результате длительного пребывания там, где правильным советским людям долго делать нечего, свое действие, несомненно, оказывала.