Читаем Инок полностью

Охотники шли нагло и безбоязненно, чувствуя себя полными хозяевами окружающего их мира. Зверь глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. Пульс гулко отдавался в висках, сбивая мысли. Но мозг уже начинал работать ясно, перейдя в режим холодного расчета. Чуть приоткрытый рот обнажал оскал красивых, ровных зубов, который не предвещал ничего хорошего. А тело представляло лишь сгусток живой энергии, подчиненный одной-единственной цели. В голове уже не было места чувствам.

Зверь не торопясь спустился к тропе и, соблюдая необходимую дистанцию, пошел следом за людьми. Он лишь ждал походящего момента. Нет никакого смысла в том, чтобы напасть немедленно, подставляя себя под пули. Не стоит попусту умирать, не причинив врагам никакого вреда.

«Войдя в густые заросли молодого ольховника, можно сократить расстояние метров до пятнадцати».

Вдруг следовавший последним в колонне человек приостановился. Волк остановился тоже, чтобы подождать, когда остальные отойдут подальше, и в тот момент, когда отставший уже собрался было догонять друзей, он спокойно вышел из своего укрытия. Наполненный дикой злобой взгляд зверя встретился со взглядом человека, который в испуге сразу же отвёл глаза.

«Можно, конечно, напасть сзади, но такой поступок не достоин лесного воина. Пусть убийца поймет, от чего погибнет. Возможно, он даже узнает меня. Возможно, хотя возможно, что и нет».

Увидев перед собой огромную мохнатую морду, бандит начал неистово орать. Воспользоваться оружием не успел. Крик превратился в храп, и человек упал на снег с разорванным в клочья горлом. Зверь свернул с тропы и не торопясь побрел обратно в чащу. Истошные крики людей позади него возвестили о том, что на помощь к убитому подоспели его товарищи.

«Что же, почти вовремя».

Отражаясь гулким эхом от соседних хребтов, разнеслась трескотня автоматных очередей. С деревьев посыпались щепки и прошлогодняя хвоя. Стреляли наугад и, конечно же, без толку. Он заполз под сваленную ветром огромную сосну и стал ждать. Голодный желудок давал о себе знать, и прежде чем идти дальше, стоило немного подкрепиться.

«Не потащат же они его на себе». И он не ошибся. Покричав и вдоволь постреляв по стоящим вокруг соснам, которым на это было, в общем-то, абсолютно наплевать, бандиты бросили своего товарища лежать на снегу и двинулись дальше.

Немного перекусив и оставив остальное безумно мечущимся вокруг воронам, под их истошное карканье неторопливо удалился. За людьми не пошел. Они были сильно напуганы и стали чрезвычайно осторожны. Везде держались вместе, с опаской озираясь по сторонам, и теперь уже вовсе не чувствовали себя так уверенно и безопасно, как раньше.

«Стоит пойти и посмотреть, что же стало с теми несчастными, что шли впереди. Живы ли они и способны ли еще сопротивляться».

Хорошо зная окрестный лес, срезал несколько излучин ручья и вышел прямо к речке. Здесь пока никого не было. Но вскоре увидел то, что искал.

Два человека о чем-то мирно беседовали, стоя возле огромной ели. Одни из них зачем-то вдруг начал карабкаться на дерево, второй же, как ни в чем не бывало, пошел дальше.

«И чего это он? Никак, с ума сошел. А второй-то, гляди-ка, товарища бросил и бежать. Хорош, нечего сказать». Стало интересно.

«Торопиться некуда, и можно досмотреть „спектакль“ до конца». Человек на дереве сидел не шевелясь.

«Ишь ты, уснул, что ли? А ведь нежарко там, небось. Ветер дует будь здоров».

Из леса вышли охотники. Сейчас их стало уже на одного меньше. Шли быстрым шагом, держа автоматы наготове.

«Ну, все. Один, кажись, допрыгался. И помочь-то тебе, дедуля, нечем». Он отвернул свою лохматую морду в сторону. Прошла минута, за ней другая, выстрелов слышно не было. Вновь посмотрев в сторону ручья, увидел то, чего увидеть никак не ожидал. Бандиты не заметили сидящего на дереве и прошли мимо. А тот, не тратя времени попусту, уже начал спускаться с мохнатой красавицы ели, которая только что спасла ему жизнь, в самом прямом смысле этого слова.

«Во старик дает. Он же их обманул. Видно, не пора еще деду „в дорогу“ собираться». А человек, между тем, спустившись с дерева, отошел подальше от тропы и принялся разводить костер в ближайшем ольховнике. Вскоре дрова уже весело потрескивали на огне, а беглец пытался разогреть, на вид совсем не съедобные и пропахшие плесенью сухари.

«Ну, этот теперь не пропадет, а если и погибнет, то, во всяком случае, уж не от рук охотников. А вот второму придется, пожалуй, туговато». Спустившись вниз по косогору, оказался у речки. Той самой, в которую впадает небезызвестный ручей.