Читаем Инферно полностью

Их миссию нельзя было считать полностью провалившейся. Они вернулись в Лидвилл с целой кучей компьютеров, бумаг, файлов и лабораторного оборудования. Однако платой за это стал заговор. Лишь пятерым из пятнадцати предателей удалось ускользнуть. Остальные были обнаружены — шестеро мертвы, четверо захвачены в плен, — но их предательство означало куда более серьезные проблемы.

Кому можно доверять? Заговор проник в самое сердце Лидвилла, хотя никто не посмел обвинить Эрнандеса прямо в лицо. И все же майор видел сомнение в их глазах. Тот факт, что его не вызвали на встречу с генералом Шредером или с кем-то из гражданских руководителей, тоже говорил о многом. Верхушка предпочла дистанцироваться от него. Они невольно должны были заподозрить его в соучастии. Все знали о дружбе Эрнандеса с Джеймсом Холлистером. Как глава исследовательских лабораторий, Джеймс приложил немало усилий, чтобы заменить неугодных ему ученых на борту самолёта. И хуже того, морпехи Эрнандеса не смогли предотвратить захват миссии спецназовцами.

Их предательства тоже никто не предвидел, но это не имело значения. Эрнандес руководил операцией на земле, и если бы он сохранил вакцину, бунтовщики, скорее всего, не начали бы новые атаки на Лидвилл.

Эрнандес оказался слабым звеном. Однако у Лидвилла осталось слишком мало ресурсов, чтобы пожертвовать боевым офицером — особенно сейчас, на новом витке конфликта. Майора бесила скрытая в этом ирония. Его спасла война. Он не предстал перед трибуналом. Фактически, его даже в должности не понизили. Вместо этого под его начало отдали почти вдвое больше бойцов, чем раньше: смешанное пехотно-артиллерийское формирование, состоявшее из восьмидесяти одного морпеха, при поддержке специалиста по связи из ВМФ В состав отряда был включен и поистине бесценный кадр — медик, призывник, в прошлой жизни работавший в пожарной бригаде.

Согласно разведданным, повстанцы из Нью-Мексико собирались забросить десант на вертолетах. Предположительно, именно поэтому его откомандировали сюда: чтобы обрушить артиллерийский огонь на авиацию или наземные войска, намеренные форсировать перевал. Это задание можно было рассматривать как возможность оправдаться. Они дислоцировались на южном склоне, почти в тридцати километрах от Лидвилла. В тридцати километрах птичьего полета, что в этой гористой местности означало вдвое большее расстояние для пешего человека. Грузовики, которые доставили их к подножию горы, давно ушли. Эрнандесу дали карт-бланш. Ему хотелось верить, что начальство полагается на него. Но по сути, его люди были чем-то вроде «лежачего полицейского». Ничтожным препятствием. Они могли выпустить пару снарядов из ручного гранатомета в приближающийся вертолёт, а затем их либо обойдут, либо сотрут с лица земли бомбами и ракетами. И его бойцы это знали. Их приговорили к тяжкому труду и, возможно, к смерти лишь потому, что они пехота и, следовательно, расходный материал.

— Эй! Эй! — закричали снизу, и Эрнандес увидел четверых спешащих по склону солдат, в том числе врача и Пауэрса.

Они несли запасные куртки и канистру с водой.

— Вы оба отлично справились, — сказал Эрнандес Тьюнис и Котовицу.

Спустя пару секунд их окружили остальные.

— Что случилось? — спросил медик.

— Давайте сначала доставим его в укрытие, — перебил майор. — И остановим кровотечение.

— Это ущелье, черт его дери, нас просто убивает, — буркнул другой солдат.

Эрнандес подобрался, но сейчас не время было качать права.

«Они напуганы, — подумал он. — Надо пропускать их жалобы мимо ушей».

И все же майор не мог позволить открытого неповиновения.

Они добывали камень намного выше по склону, потому что Эрнандес не желал выдавать их позиции целым полем свежих раскопов. На это требовалось больше усилий, однако укрытия неплохо сливались с ландшафтом — груды гранита среди гранитных груд. Худшим испытанием оказалось ожидание. У них было всего несколько карточных колод и нарды. Майор знал, что его бойцы уже дошли до того, что шариковыми ручками рисовали карикатуры друг на друга с соответствующими подписями. Лучше уж поработать. Таскать камни — задача не слишком мудреная, но это заставляло их сотрудничать и распределять обязанности согласно плану. И позволяло ему оценить своих подчиненных. Он мог отдать приказ использовать больше взрывчатки и предполагал, что до этого рано или поздно ещё дойдет. Почва тут была зацементирована целыми эпохами коротких таяний и долгих зим. Чтобы начать постройку бункеров, пришлось взорвать множество противопехотных мин, вкопанных так, чтобы ударная волна ушла в грунт. Но майор хотел сберечь как можно больше боеприпасов.