Тут события ускорились. Пара самолетов с ревом пронеслась почти у них над головами. Две звуковые волны ударили по развалинам. Как будто огромная рука провела двумя пальцами по домам и воде, поднимая за собой брызги и мусор, — и внутри этого урагана россыпь добела раскаленных искр пронеслась по направлению к морю. Они были такими яркими, что над затонувшим городом заплясали тени, чёрные и четкие даже при дневном свете. Это были дипольные отражатели, защитное приспособление, ослепляющее и сбивающее с курса ракеты с теплонаведением. Самих ракет Кэм не заметил. За самолетами гналась другая, меньшая по силе разрушительная волна, хлеставшая по островкам грязи, зданиям и машинам. Орудийный огонь. Прежде чем нырнуть обратно в трубу, Кэм успел разглядеть, как крупнокалиберные снаряды разнесли целый дом, вспарывая дерево и кирпич, словно бумагу. Мимо промчались ещё три истребителя.

В ту же секунду Ньюкам победно хмыкнул.

Сквозь шум послышался мужской голос, смешанный с треском помех:

«…тул у стены, стул у сте…»

Голос затих. Самолеты улетели. Кэм не уловил смысла в странной фразе, но Ньюкам энергично закивал. Сержант дважды нажал на кнопку «отправить» — быстрый и неотслеживаемый сигнал, давший знать, что сообщение принято. Затем Ньюкам снова обернулся к Кэму и Рут.

— У меня хорошие новости.

Глава 3

Рут проснулась от боли. Болели пальцы. Запястье. Нестерпимая чесотка терзала руку. Рут поспешно выпуталась из спальника, отчаянно пытаясь уйти от источника боли. Базовый рефлекс, как рука, отдернутая от огня, — но эти угли тлели в глубине её тела. Техночума. Рут знала это, но все равно инстинктивно отшатнулась, крича во тьму:

— Просыпайтесь! Вставайте!

С низкого неба на неё смотрели огромные яркие звезды. Даже сквозь затемненные линзы очков женщина легко могла разглядеть прямое, широко распахнутое ущелье улицы спального района вокруг них — но попытавшись встать, ударилась обо что-то коленом. Затем земля под ней заворочалась и затряслась. Рут чуть не упала. Она вытянула вперёд руки и наткнулась на Ньюкама, который как раз садился.

Рут вспомнила, что они вдвоем заночевали в кузове большого пикапа марки «додж». Задолго до заката им наконец-то удалось найти лодку, но сорок минут прошло в поисках машины, способной отбуксировать её. Ещё час потребовался, чтобы провести грузовик сквозь развалины. Затем дневной свет погас, и Кэм предложил устроиться на ночлег в самом пикапе. Двое спали, а третий сторожил. Шины были ничем не хуже свай, к тому же беглецы полили дорогу бензином на тот случай, если муравьи или пауки выйдут на охоту.

— Что… — начал Ньюкам, но тут же замолчал и уставился на собственные обтянутые перчатками руки. — Боже.

Он тоже это почувствовал.

— Мы в горячей точке! — выкрикнула Рут, размахивая сломанной рукой и снова с трудом поднимаясь на ноги. — Кэм? Кэм, где ты?! Нам надо убираться отсюда.

Из длинной рыбачьей лодки, установленной на прицепе, вырвался белый луч света. Затем он рывками поднялся выше, отразившись от бежевой краски, и Кэм шагнул на нос лодки.

— Подождите, — сказал он. — Не паникуйте.

— Мы не можем…

— Мы уйдём. Через пару минут. Соберите вещи. Ньюкам? Лучше вылить на себя побольше бензина. Черт его знает, кто ещё там рыщет.

Его рассудительный голос должен был успокоить Рут, помочь взять себя в руки. Он был прав. Их подстерегало слишком много других опасностей, чтобы просто слепо помчаться в ночь, — однако боль, и без того острая, усиливалась с каждой секундой, а с каждым вдохом в легкие поступала новая порция наночастиц.

Их лыжная экипировка спасала только от снега и холода. Куртки, очки и матерчатые маски не могли защитить от чумы. По сути, маски были почти бесполезны. Они носили это импровизированное обмундирование лишь для того, чтобы уменьшить контакт с частицами, но их битва была проиграна ещё до начала. Тысячи микроскопических наномашин покрывали каждый метр земли, чуть погуще там, чуть пореже здесь, словно невидимые мембраны и течения. С каждым шагом беглецы поднимали целые облака нанотеха, но, даже замри они на месте, это бы не помогло. Они находились на самом дне невидимого океана. Взвешенные в воздухе частицы окутывали всю планету, образуя гигантские стены и потоки по прихоти погоды. И этот туман был гуще всего здесь, внизу, на уровне моря. Ветер мог поднять субатомарные механизмы вверх и унести прочь, но дождь, и нисходящие потоки, и гравитация постоянно прибивали их к земле. Ньюкам не желал пить воду, потому что опасался бактерий, но даже будь у него обеззараживающие таблетки, Рут бы ему запретила. На побережье все кишело техночумой.