Николай оступился на верхней перекладине лестницы, и Рут, удерживая его, потянула спину. Упершись ногами в стену по обе стороны от его туловища, она вцепилась в руку командира с отчаянной силой, какая появляется, когда разум понимает — иного выхода нет. Кровь Николая измазала рукав Рут.

Спустившись вниз, Уланов повалился на пол отсека экипажа. Астронавтка споткнулась о лежащее тело и тоже упала.

Они вместе выползли на страшно яркое солнце. Уланов рыбкой нырнул с края круглой крышки люка. У Рут вырвался было крик отчаяния. Но нет, командир не упал — он прыгнул так, чтобы не повредить ещё больше ногу. Массивное тело в оранжевом гермокостюме нырнуло в клубок из сорока с лишним человек в темно-зеленых, синих и белых форменных одеждах, проделав в нём приличную борозду.

Теперь люди тянули руки навстречу Рут. Все — бородатые, что придавало лицам чудной, диковатый, животный вид. Женщина опустилась на колени, чтобы упасть с меньшей высоты, но оступилась и полетела вниз, не успев оттолкнуться. Трое парней бросились на перехват.

Её как поймали, так и понесли дальше. Полдюжины рук держали её за ботинки, подмышки, локти, не позволяя опуститься на землю, — перед забралом гермошлема качался калейдоскоп фигур в фуражках и пожарных касках.

— Уоллес! — позвала она. — Уоллес!

Однако голоса по радио звучали неразборчиво.

Кто-то со стороны левого плеча споткнулся и уронил её на землю. Двое других врезались в её туловище, и сознание на мгновение выключилось. Вдруг нечем стало дышать.

Рут пришла в себя, уже сидя на низком бампере военного «джипа». Поджарый Дед Мороз в грязном белом халате медбрата щурился на неё из-под кустистых бровей на потемневшем от загара, изрезанном морщинами лице. Чужие руки возились с застежками её гермошлема. Рут посмотрела вдаль. Панорама открытого неба и гор давила на мозги своей безбрежностью, вызывала головокружение — Рут опустила глаза, хотя её подмывало взглянуть опять.

Они сидели на обочине шоссе в сотне метров к северу от места крушения «Индевора». У Рут перехватило дыхание, когда она заметила тысячи фигур на склонах. Боже праведный! Ряды зрителей тянулись на несколько километров!

Между ней и зеваками лежал опрокинувшийся шаттл, его путь был отмечен обломками двух-трёх раздавленных пожарных машин. К обочине с включенными мигалками, отчаянно сигналя, подъезжали все новые автомобили аварийных служб, прокладывая путь между снующих туда-сюда пожарников, военных и техников НАСА.

Шлем с головы Рут стащили, вместо радиопереклички в уши хлынул более осязаемый и хаотичный разноголосый гвалт. Женщина зажмурилась от яркого солнца и невольно прикрыла глаза, вдохнув сладкий ароматный воздух.

Смакуя его, она подумала о Дереке Миллзе. «Удар!» — вот и все, что он успел сказать напоследок, предупреждая остальных. Рут открыла глаза.

— Голова закружилась? — спросил медик, прислонил ладонь к её щеке и постучал пальцами по коже под глазницей. — Что это у тебя? Кровотечение?

— Это его кровь, — Рут кивнула в сторону командира корабля.

Пока она приходила в себя, того усадили рядом. Два медика, один в грязном белом халате, другой в пятнистой полевой форме, вскрыли ножами штанину гермокостюма и наложили повязку на бедро Николая. Другая группа медиков суетилась у машины скорой помощи напротив. В толпе мелькнул оранжевый костюм. «Гус», — подумала Рут.

— Астронавты все вышли? — спросила она.

— Я думаю, что… — санитар неожиданно вздрогнул и выпрямился.

И только тут до неё долетел звук выстрела. Рут не уловила бы отдаленный хлопок за шумом двигателей и сотен голосов, если бы движение медика не заставило её насторожиться и гомон вокруг мгновенно не стих.

Как тот умудрился услышать звук выстрела прежде неё? Санитар отнял руку от её лица и схватился за собственный бок. Сквозь грязную ткань халата проступила кровь. Борода медбрата раздвинулась в немом удивленном восклицании.

Он медленно осел. Все одновременно закричали, люди вокруг неё плашмя попадали на землю, прячась за развернутыми боком к широкому восточному склону машинами. Казалось, сами холмы зашевелились, когда триста тысяч человек бросились наутек, сталкиваясь друг с другом.

— Снайпер! — заорал солдат, опускаясь на колени перед Улановым и стаскивая его за руку вниз с машины.

Рут ничего не соображала. Даже когда вторая пуля с визгом отлетела от капота «джипа» в полуметре от неё, ей все ещё было невдомек, что целились в её оранжевый костюм. Она растерянно смотрела на бедлам вокруг, пока Николай всем телом не навалился на неё сбоку.

Женщину словно пятой божьей вдавило в асфальт. Обе кости в предплечье не выдержали и хрустнули.

Глава 16

Лидвилл превратился в крепость. Прикрывающие город с севера заставы тормозили движение по шоссе. Вряд ли такое можно было увидеть где-либо ещё в мире.