Читаем Инферно полностью

Пурга прекратилась, но дорога покрылась слоем снега в 23 сантиметра, который был ещё глубже по обе стороны узкого проезда, расчищенного накануне каким-то смельчаком на снегоуборочном плуге. Кэм точно сбился бы с пути, если бы почти наизусть не помнил дорогу со всеми её извилинами, неровностями и крутыми поворотами. Этим маршрутом он ездил на работу шесть дней в неделю. Местные шутили, что коренным жителем можно считать человека, способного прибыть на лыжную базу в любых погодных условиях, если понадобится — вслепую, на ощупь или пересчитывая бампером установленные с интервалом в сорок метров столбики с отражателями для снегоочистительных машин.

Дорога и обочина слились в сплошную белую массу. Кэм то и дело переключал свет фар с ближнего на дальний и обратно.

Перед машиной возникли какие-то странные тени — три горбатые фигуры, но количество ног не как у людей. Кэм тормознул. Пикап занесло, и он чуть не наехал на чудищ. Те оказались оленями, обычными оленями. Звери бросились в стороны, косясь в свете фар выпуклыми глазами. Наконец все они скрылись из виду, сбежав вниз по склону.

Кэм миновал два опустевших стойла и, объезжая первое, чуть не застрял в снегу.

Уличные фонари кооперативного поселка отбрасывали на низкие тучи неправдоподобный розовый свет, заметный даже из долины. Огни виднелись также на горном кряже среди зимних дач. Неужели там ещё прятались люди? Кряж возвышался над дорогой всего на сотню-другую метров…

Пикап забирался все выше в гору. Кэм не удивился, обнаружив перед главными зданиями лыжной базы лишь несколько превращенных снегопадом в белые дюны автомобилей. А вот выше по склону, перед средним корпусом, машин было непривычно мало — всего около пятидесяти.

И ни одного огонька. Выключив фары, Кэм провалился в кромешный мрак. Очевидно, где-то между дачным поселком и базой произошел обрыв линии электропередачи. Но юношу тревожила не темнота. Средний корпус располагался на высоте 2415 метров, жуткая чесотка в ладони не прекращалась, запуская щупальца в запястье.

В корпусе обнаружился семьдесят один человек. Из них Кэм прежде встречал только Пита Чуйко и двух работников местного кафе. Остальные — туристы, отпускники. Чужаки. Все несли в организме заразу, обезумели от страха и внезапных приступов боли, отчаянно спорили, как забраться ещё выше.

Из небольшого парка аэросаней и вездеходов «Сноукэт» не осталось ни одной машины. Пропали также дизельный генератор, спасательное снаряжение, радиостанция гражданской связи, портативная патрульная рация, все самое ценное. Сувенирный магазин и тот выпотрошили. Резервные движки позволяли лифту работать на две трети мощности, но угонщики вездеходов слили горючку с подъемников № 11 и 12, пробив дыры в днище баков, изгадив то, чего не смогли забрать с собой. Пока Кэм сидел в своей берлоге наедине со страхом и горем, другие, не теряя времени, трудились, чтобы обеспечить собственное выживание.

А что же местные? Должно быть, быстро поняли, что большинство отпускников и прочих беженцев вскоре соберутся на базе, и решили укрыться в домах на кряже над дачным поселком. Многие дачи пустовали — владельцы не смогли вернуться из-за снегопада. Баллоны с газом и набитые провизией кладовки позволили бы пересидеть хоть всю зиму, но увы — максимальная высота кряжа составляла только 2470 метров. Если чума и туда проникнет, бежать будет некуда.

Будь у него побольше друзей, Кэм и сам мог оказаться в этой мышеловке. Теперь же не оставалось ничего, кроме как продолжать подъём на своих двоих.

Свежего снега навалило по бедра, температура с учетом ветра опустилась ниже шести градусов, однако приближавшаяся зона высокого давления несла с собой теплый воздух. Вершину скрывала кромешная тьма. Три человека решили остаться на базе. Часть девушек — Эрин и её подруги в том числе — были одеты в тонкие брючки и стильные ковбойские шляпы. Группа также включала в себя девять детей, супружескую пару семидесяти лет, неохватную бабищу по имени Барбара Прайс, ни на минуту не расстававшуюся с призовой гончей, и трёх корейских туристов, способных изъясняться только жестами.

Делать было нечего — идти пришлось всем.

Голливуд все ещё держал карту в руке, но помалкивал, за что Кэм был ему благодарен. Парень каким-то образом убедил Прайса и его людей шевелиться побыстрее — когда Кэм и Эрин свернули с уходящего на запад хребта, почти все отставшие подтянулись.

Облизанный ветром лыжный склон состоял из рыхлой земли пополам с гравием. Группа двигалась вдоль цепочки парных следов, оставленных Сойером, Мэнни и Бакетти.