Читаем Инферно полностью

Руслан сдвинул в сторону легкую дверь, зашел в ангар и вытащил вилку одного из роботов из розетки. Рядом на стене на табло высветились иконка в знак того, что солнечная батарея полностью пуста, и надпись, гласившая, что пытаться подзарядиться от неё бессмысленно. «Пожалуйста, попробуйте повторить зарядку позже». Бегун осмотрел вилку — ничего особенного, обычное соединительное устройство, только провода слишком толстые, видимо усиленные, так как весила эта конструкция порядочно. Руслан отбросил её, повернулся и вздрогнул от неожиданности, потому что тот самый робот, которого он лишил электрической пуповины, ожил.

Поначалу внутри него что-то тихо гудело, как внутри каминной трубы в погожий вечер. Бегун подумал, что так было сначала, просто он не заметил, как вдруг на чёрной маске робота, штрих за штрихом, начал прорисовываться ярко-синий контур человеческого лица. Видимо, создатели роботов предусмотрели это для того, чтобы приблизить искусственных полицейских к людям, чтобы люди не воспринимали их только как машины. Овал лица, глаза, брови, нос и плотно сжатые губы. Стандартный набор, никаких индивидуальных черт.

Робот уставился на бегуна, а тот медленно пятился назад, хотя пути для отступления не было — за ним были только стеклянная стена да столбики с розетками для подзарядки.

Робот дернулся, и его рука начала медленно подниматься. Когда она стала параллельна земле, пять механических пальцев разомкнулись и собрались в понятном всем, вне зависимости от языка или возраста, жесте. Вот те на!

— Стой! — сказал робот дребезжащим голосом. Лицевое табло натужно заморгало, из него почему-то пропал нос, затем вернулся, и вскоре полицейский смотрел на Руслана уже не нейтрально, а сурово: сменилась эмоциональная карта.

— Стою, — сказал бегун, продолжая пятиться. К этому моменту он уже понял, что надо двигаться к выходу. Он начал прикидывать, сможет ли допрыгнуть до арматуры, поддерживавшей крышу.

— Обман, — печально констатировал робот. — Остановитесь ради вашего же блага. Вы вторглись на запретную территорию.

— Так я могу и уйти.

Все, конец: лопатками бегун почувствовал выступ розетки. Для того чтобы зацепиться за верх, нужен разгон и прыжок. Робот не приближался к бегуну, поэтому должно получиться. Руслан пригнулся и уперся подошвой правой ноги в стенку, готовясь рвануть с места.

— Вы не можете покинуть территорию без сопровождения, — заявил робот.

— Ну, сопроводите меня.

Полицейский покачнулся, и лицо его стало заметно тусклее.

— Сопровождение невозможно, — проскрипел он. — Вы будете арестованы и задержаны до выяснения обстоятельств.

— Арестован?

— И задержан до выяснения обстоятельств.

В центре ладони робота медленно начало раскрываться какое-то отверстие. Это послужило бегуну сигналом того, что пора действовать. Он бросился вперёд что было сил, ухватился за металлическое плечо робота, оттолкнулся ногой от выступа, защищавшего приемник карточек для штрафов, и взвился над полицейским, тут же ухватившись за склизкое от сырости перекрытие потолка. Бегуну не хватило чуть-чуть, чтобы вцепиться в него как следует, и, если бы робот был в нормальном состоянии, не гулять бы больше Руслану по городу. Но полицейский пребывал явно не в лучшей форме, потому что, пока бегун, перехватывая балку, долго и натужно шёл над ним на руках, робот выпустил из ладони липкую сетку с электрическим зарядом, которая, треща и переливаясь искрами, ударилась в стенку в точности туда, где Руслан стоял ещё пять секунд назад.

Разжав пальцы, бегун спрыгнул позади робота. Полицейский подавал минимальные признаки жизни, возможно, вся энергия робота ушла на стрельбу сетью-ловушкой.

Но электричество оставалось, потому что робот повернулся к Руслану. Лицо робота потухло, только рот мелькал как бешеный, демонстрируя череду эмоций — начиная со смеха и заканчивая печалью, — видимо, в рамках программ, заложенных в него на заводе.

— Остановитесь немедленно! — Голос робота с трудом выходил из железных микрофонов в его легких.

— И что мне будет, если я этого не сделаю? — спросил бегун, косясь на остальных роботов.

Они бесстрастно стояли в стороне — никакой жизни в напичканных электронными мозгами головах, никакого тепла в телах.

— Вас арестуют. Вы арестованы. Арестовать его!

Внутри ладони полицейского что-то щелкнуло, но шнур питания, обернувшийся вокруг робота и соединенный с сетью, дернулся, и его удержал отрезной механизм.

— Заржавели ножнички? — весело поинтересовался Руслан.

— Оставайтесь на месте до выяснения обстоятельств, — выдал робот.

Его вторая рука, до этого неподвижная, потянулась к шнуру и выдернула его из ладони. Тут же раздался хлопок, и новая сеть со свистом пролетела в полуметре от бегуна. Капли дождя, попавшие на неё, с шипеньем испарялись.

— Вот те раз, сука! — крикнул бегун. — Что за дела, презумпция невиновности! Ты нарушаешь мои права!

— Вы оштрафованы за оскорбление властей, — сказал робот, и его мелко затрясло. Отверстие в ладони с жужжанием закрылось, руки опустились по швам, лицо окончательно пропало, и он застыл.

Но зашевелился стоявший рядом робот.